Но даже с этими зыбкими выводами жить легче стало, а скверна перестала казаться чем-то неизведанным. У неё явно есть свои законы и своя логика в действиях. Особенно что касается самого процесса поглощения.
Я в один из дней поместил в скверну десять скручёнок. Через два часа они все завибрировали. Едва только заметив это, я постарался как можно быстрее вытащить их на обычную землю. Затем я отсчитал пять минут и закинул в скверну одну из скручёнок — она поглотилась через пять минут. Для поглощения второй скручёнки, пролежавшей на обычной земле десять минут — скверне потребовалось десять минут. Для третьей — двадцать, четвёртой — сорок, пятой — час и треть сверху. Ну а оставшиеся растворились за обычные два часа.
Получается, скверна накапливается в предмете, а у каждого какая-то своя «граница прочности». Пока степень накопленной порчи не превысит отметку, то с предметом ничего не будет, да и скверна может выходить из предмета. Но если граница преодолена, то предмет поглотится. Подобное многое объясняет, но не всё. Кое-что прояснит второй вопрос, но попозже. А третьим вопросом я занимался ежедневно в течение двух недель в скверном лесу.
Заодно за прошедшие недели я убил шесть скверны кабанов, получив не только девятьсот [опыта]. Я убивал кабана [Магическими стрелами], вытаскивал на обычную землю и вырывал клыки, откручивал ноги, отрывал сдвоенные длинные копыта, сдирал шкуру и вытаскивал внутренности. Никаких трофеев не осталось. Я приуныл, но прокрутил в воспоминаниях всё, что знал о скверне. И приободрился. Ведь те два парня разделывали лианы без магии, да и Кагата говорила, что из порождений добывают запчасти.
Получается, если я хочу добыть из кабана нечто большее, чем ничего — то надо убить его без магии. Вот только в случае ошибки кабан загрызёт меня и переварит в огромном желудке на четверть тела. Можно взять что-то тяжёлое да уронить ему на спину, переломав хребет, но где такое найти? И как потом его убить, как череп проломить? Вопросы не праздные, но над ними стоит поразмышлять.
В назначенный день с самого пробуждения у меня в сердце зашевелился червячок сомнений, насчёт предстоящего похода, но подготовка к выходу отогнала плохие чувства.
Импровизированным спальником будет шкура медведя, а шкура давно убитой лисы превратилась в пушистый чехол для парочки костяных ножей, нескольких кусков кремния для розжига костра, скребков, иглы и полоски кишок. А ещё я подготовил носильную раму из костей медведя, на которой я и понесу всё своё доброе. Включая и пять козьих рогов для переноски воды, с пробками из крысиных шкур. Рогов должно быть шесть, но не очень весело случайно ронять вещи на склон горы и наблюдать, как скатываются вниз и трескаются на части. Так ещё готова туника из козьих шкур.