— Ну, ладно, тогда скажу, — и замолчала. — Точно привезешь?
Да что ж ты будешь делать! Вот и спрашивается, на фига я пристал к ребенку, откуда она может знать, как часто дед по чердаку своему шарился? Зачем в этот раз полез? Но интуиция уверяла: знает, еще как знает. Бабка уж точно просветила внучку про дурня-соседа, еще и расписала, небось, что она думает о его падении.
— Так коробки у него там хранятся. Ты гляди, обещал, — детская ладошка похлопала меня по плечу.
От неожиданности я едва не завалился на пятую точку. Девчушка замолчала, и я на какое-то время совершенно забыл про нее, наблюдая, как Игорек обходит владения Федора Васильевича, заглядывает во все закутки, уголки, сараи и прочие разные места. Интересно, что он ищет? Карту?
То есть он связан с теми, кто ищет оригинал этой бумаги. Стоп, а с чего ты решил, Леха, что умерший старик связан с твоей странной историей? Опять интуиция? Ну-ну. Внутренний голос без внешних зацепок не работает, а это значит, что-то я проглядел, пропустил, не заметил. Мысль требует подтверждения.
— Коробки у него там, слышишь? — Манюня повторила свои слова, в ее голосе явственно слышалось удивление: странный дядька, то допытывался, а тут вдруг замолчал.
— Что за коробки, малыш? — прижав палец к губам, шепнул я.
— С бумагами.
Она что, серьезно надо мной издевается⁈
— Что за бумаги?
— Важные. Дедушка сильно переживал. А бабушка на него ругалась.
— Почему?
— Потому что дурень старый, давно надо сжечь и забыть, как страшный сон! — отбарабанила Манюня.
Однако, интересная у нее бабушка. Похоже, с Федором Васильевичем дружбу водила, во всяком случае, накоротке по-соседски точно была. Как бы с ней познакомиться?
— А куда бумаги делись?
— А вы почему интересуетесь?
«Картина Репина „Приплыли“», — мелькнула мысль. Я медленно поднял голову и встретился взглядом с Манюниной бабулей.
— Здрасти, — улыбнулся я, не поднимаясь с корточек.
Игорек все еще шатался по двору, как дурной медведь, и наша внезапная веселая компания рано или поздно привлечет его внимание. Надеюсь, с бабушкой удастся договориться и шум она не поднимет.
Главное, чтобы Манюня держала язык за зубами и не ляпнула про дяденьку, который разгуливает по соседней территории как у себя дома. Этот придурок даже не скрывался, настолько, видимо, был расстроен отсутствием результата.
Моим надеждам не суждено было сбыться. Мелкая задрала голову, улыбнулась своей пожилой родственнице и радостно выпалила:
— Это Леша, он тут в прятки играет с во-он тем дядей! Ба, я ему помогаю!
— Очень хорошо, моя дорогая, а сейчас иди-ка ты домой и приведи себя в порядок. И мишку заодно.