Двадцатое июля
— Что будешь предпринимать? — спросила меня Мияко, когда мы ехали на автобусе.
— Ты об экзамене? — без интереса уточнил я, продолжая смотреть на пейзажи, сменяемые в окне автобуса.
— Да. И будь добр, прояви уважение и смотри на своего собеседника, когда с ним разговариваешь.
«Как по мне, это ты начала этот разговор, втянув меня в него без моего желания», — подметил я про себя, естественно не решившись говорить такое вслух.
Я устало вздохнул и повернулся к ней, но не успел что-то сказать, как меня перебили.
— Будь добр, не вздыхай так, будто это какая-то каторга. Это простой разговор, и с твоей стороны это крайне невежливо выглядит, — сказала она с серьёзным лицом, явно не шутя.
После того, как она преодолела месячную ломку, её характер немного изменился. Хотя, может и не немного. Могу отметить, что она стала в разы агрессивнее, куда более раздражительной и придирчивой. И это, впрочем, неудивительно, учитывая общую ситуацию. Так оно и должно было быть в любом случае, после резкого отказа от наркотиков.
Вопрос тут в другом: она такая навсегда, или это просто временный эффект?
Искренне надеюсь на второй вариант…
— Ну и? — выгнув бровь, спросила она. — Чего молчим?
— Просто до сих пор не могу привыкнуть видеть тебя с такими волосами.
И это правда. Мне действительно непривычно видеть её такой. Без её длинных белоснежно-белых волос. Нет, большая их часть всё равно белоснежно-белая, но вот в меньшую входят разноцветные пряди, в числе которых больше всего выделяются три цвета: голубой, розовый и фиолетовый. Именно им уделено больше всего прядей.
Да и длина волос сильно претерпела изменения.
Если бы она отстригла сантиметров десять — это бы уже сильно бросалось в глаза, а тут она отрезала все тридцать, а то и сорок, укоротив свою причёску буквально в два раза.
— Не нравится? — спросила она, но, судя по тону и её лицу, это была больше угроза.
Говорить «нет» — точно не вариант.
— Меня всё устраивает.
— То есть тебе не нравится?
— Я такого не говорил.
— Хорошо… — протянула она. — Тогда оставляем только «да» и «нет». А теперь повторю вопрос: тебе не нравится?
«Меня что, только что прижали к стене и отрезали все пути отступления? Это шах и мат?»
— Нет.
— Нет — это тебе не нравится, или нет — это мне не не нравится?
Мне снова захотелось вздохнуть, но стоило мне набрать воздух в лёгкие, как её взгляд буквально начал меня испепелять, словно говоря «только попробуй».
Я не попробовал, естественно.