— Знаешь, если дело в том, что тебе неприятно притворство, мы можем сделать все по-настоящему, — успокоил меня король.
— Да я вообще никак не хочу это делать. Давайте просто.. просто как-то по-другому убедим всех, что вы от меня без ума. Купите мне кольцо с бриллиантом что ли…
Но, разумеется, никто меня слушать не стал. И кольца с бриллиантом я не получила. Ну, не больно-то и хотелось, если честно. Кольца мне никогда толком не нравились. Сжимают пальцы и давят, мешаются при варке зелий, отсвечивают, когда плетешь заклинания. Сплошные хлопоты и никакого удовольствия.
Придворные сплетницы должны были убедиться во всем сами и разнести по дворцу весть о том, что его величество настолько обезумел от страсти, что взял собственную фаворитку прямо в библиотеке. Да-да, в библиотеке! Представляете, какой срам! Впрочем, чего еще ожидать от развратной иностранки?
— Ева, ты зря волнуешься, — важно закивал Алистер перед тем, как мы разошлись. — Мне отчего-то кажется, что ты нас всех еще удивишь. Думаю, ты и сама не знаешь всех своих талантов.
— Угу, — хмыкнула я. Конечно. Таланты.
Будем надеяться, что актерский талант действительно дремлем во мне. Где-то глубоко. Так глубоко, что я никогда его не замечала.
— Итак, готова ли моя прекрасная донна отправиться в спальню? — насмешливо поинтересовался король, протягивая мне руку. Еще и смеется! Нет, закончу работу и уеду обратно в глушь, чтобы глаза мои не видели всех этих столичных издевательств! — Уверен, в завтрашнем спектакле ты будешь восхитительна, — прошептал он мне на ухо.
Вот так я и оказалась в библиотеке однажды в третью пятницу месяца, притворяясь, что самый завидный мужчина королевства сходит от меня с ума настолько, что не способен даже подождать, пока мы придем в спальню. Ну, не нелепо ли?
***
— О-о-о, ваше величество.. Да-а-а.. Ещ-е-о-о.. — старательно стонала я, извиваясь между твердокаменным королем — серьезно, у него какая-то особая программа тренировок что ли, об эти мышцы убиться можно, — и книжной полкой.
— Титул можешь опустить, — милостиво разрешил его величество, оторвавшись от моей шеи.
— Да! Да! Сильнее! А-а-ах — голосила я, в попытке изобразить безудержную страсть.
— Поубедительнее, пожалуйста. Сейчас ты звучишь как плакальщица на похоронах, — прошипел он мне в ухо.
— Сложно сосредоточиться, когда вы на меня кричите, ваше величество, — яростно зашептала я. — Весь настрой сбиваете, между прочим.
В ответ он издал довольно натуральный чуть хрипловатый стон.
— Вот видишь! Ничего сложного, — не постыдился он ткнуть меня пальцем в слабые актерские способности. — Ушла?