— Итак, каковы шансы, что министр Хейл уже разобрался с нашей маленькой проблемкой и мое присутствие здесь это чистая формальность? — сияя улыбкой в сторону послов, сквозь зубы осведомилась я у короля. У нас был очередной перерыв, во время которого я могла дать отдых ногам. Впрочем, лицо, с натянутой на него маской любезности и руки, готовые в любой момент швырнуть защитные чары в короля, не отдыхали ни на мгновение.
— Так не терпится избавиться от меня, дорогая? Ты разбиваешь мне сердце, — величаво кивая кому-то из гостей, ответил он.
— Вас, политиков, с рождения учат отвечать на вопрос, не отвечая на него?
— Именно так. Лежа в колыбельке, я учился этому тонкому искусству.
— Не хочется опускаться до угроз, тем более в адрес главы государства, но должна напомнить, что вы пригласили меня на следующий танец.
— И? — не понял намека он.
— А когда я расстроена, я бываю так неуклюжа. Просто ужасно, — я невинно захлопала ресницами, вспоминая уроки Алистера. — Могу ненароком ноги вам отдавить. Вот ужас будет, если первые ноги королевства пострадают из-за меня!
— Напомни мне в следующий раз при выборе фаворитки ориентироваться в первую очередь на характер. Кого-нибудь робкого и благоговеющего перед моим высоким статусом.
— А я-то думала, у нас любовь навеки. К слову об этом, Лилибет рассказала, что наша маленькая эскапада увенчалась успехом. На сегодняшнем мероприятии, — я кивнула в сторону гостей, — кажется, только и разговоров, что о его величестве и очаровательной фаворитке.
— Так и говорят, «очаровательной»? — не поверил король.
— Нет, они скорее используют выражения вроде «выскочка», «похабные монахи» и прочее в этом роде. Говорят, я четыре года провела в монастыре в горах, где меня учили ублажать мужчин. Собственно, именно этим я вас привлекла, раз уж внешность, по мнению ваших придворных дам, у меня «весьма посредственная». Уверена, они бы сказали что-нибудь и о привороте, но не решились.. Дойди эти слухи до вас, они могли бы вызвать ваш гнев, а сердить ваше величество никому не хочется.
— Надо же, какая интересная у нас личная жизнь. И нет, от Дигвальда новостей пока не было. Он работает над этим вопросом. Обладая недюжинным умом, он умеет также сопоставлять факты и обнаруживать связи там, где их не видят другие. Так что вполне вероятно, что при твоих познаниях в теории произошедшего и его знании реалий дворцовой жизни, он совсем скоро разберется во всем и ты, наконец, от меня избавишься.
— Ах, жду не дождусь этого счастливого мгновения, — солгала я. — Начну вновь жить своей жизнью. Может, собаку заведу..