Часа три, не меньше.
Два из них я провёл на кухне, потому как Петрович внезапно решил дурковать, не разобрался в списке заготовок и разбудил меня с тем, чтобы узнать что такое «филе из апельсинов». Ответ: «филе из апельсинов — это филе из апельсинов» — его не устроил, и потому пришлось пойти показывать.
Домовой ругался и орал о том, что мы в своей Венеции совсем зажрались и жевал обрезки, а я тем временем обрабатывал цитрус. В чём прикол? Вечерний паштет я задумал украшать сегментами апельсинов — очищенных от кожи и косточек. Новаторство? Да вот нихрена, кто только так ни делал.
Делов на минуту — грубо срезал кожуру, а потом ножичком эть-эть и готова мякушка. Но в вечерней запаре, как можно догадаться, вообще не до этой возни, и потому я решил заготовить сегменты заранее. Сложил их в контейнер, залил слабым сиропом с добавлением апельсинового ликёра, чтобы не заветрились и-и-и… всё. Домовой не справился, а я справился, и раз уж всё равно не сплю взялся за другое не менее важное дело.
Прихлёбывая кофе, я сидел и смотрел за тем, как трудится Андрюха. Водоворот шастал по каналу туда-сюда и прерывался лишь за тем, чтобы подплыть ко мне и получить очередную порцию угощения. Со стороны, должно быть, выглядело сюрреалистично — посреди старинного канала крутится аккуратная, блестящая в рассветных лучах воронка, а рядом с ней на парапете сидит человек и кормит её из тазика, точно как уток в парке.
Да-да, из тазика. Рядом со мной стояла эмалированная ёмкость, в которую я собрал из ресторана всё ненужное.
Не помои с очистками! Нет-нет-нет! Просто то, что я по той или иной причине уже не смогу продать: чутка подуставшие фрукты, сырные обрезки и несколько порций овощей-гриль, от которых вчера вечером отказались гости. Отказались не из-за некондиции, а потому что им куда-то надо было срочно убегать. Ах да! А ещё, помимо прочего, в тазике было…
— Да вы охренели тут все совсем⁈ — возмущался домовой. — Прошутто⁈ В водоворот⁈
— Петрович, оно бесплатное.
— Да вы всё равно тут все совсем охренели!
Андрюха же был счастлив.
— Бр-р-ру!
— На здоровье.
Водоворот получил то, зачем приплывал и двинулся дальше пахать. Он снова поплыл по какой-то ему одному известно траектории, методично прочёсывая дно. Время от времени он останавливался, копошился на одном месте, и со дна поднималась неаппетитная муть. А я размышлял про себя насчёт его кормёжки — могут ли аномальные водовороты уставать или Андрей просто прикидывается, чтобы нажраться на год вперёд?
Так вот. Время от времени водоворот останавливался на месте, и я с нетерпением ждал, что же он мне принесёт. А искал он, как нетрудно догадаться, ключ. Конкретный ключ от конкретного сундука — того самого, что до сих пор стоял у меня в комнате и манил своими тайнами.