Ричардсон сел сзади сбоку, положил цилиндр и трость хозяина, взглянул на Тёмный Священный Знак на алтаре и закрыл глаза.
В этой атмосфере безмятежности Клейн ощутил, что его духовная составляющая слегка рассеивается. Это его не слишком удивило, поскольку толпы молящихся в соборе испытывали что-то подобное. Крохотные частицы духа, несущие истовую веру, собирались воедино и давали силу подземным печатям врат Ханис.
Спустя неопределённое время что-то затронуло духовное чутьё Клейна, он открыл глаза и бросил взгляд наискосок.
В той стороне стоял пожилой человек, одетый в чёрную рясу церковного служителя. Волосы у него были редкие, лицо бледное, и он напоминал мертвеца.
Издалека его аура ощущалась холодной и не особенно выразительной. Он до какой-то степени сливался с темнотой молитвенного зала.
«Хранитель…» — Оценил Клейн с первого взгляда. Снова закрыл глаза и продолжал молиться. Разумеется, черты лица того человека он сразу запомнил.
Крупный нос, серовато-голубые глаза, дряблая кожа на безбородом лице.
Этот одетый в рясу старец тоже сел, стал сосредоточенно молиться Богине. В передней стене молитвенного зала было несколько отверстий. Сквозь них лился чистый свет, подобный сверкающим звёздам. Оттого темнота вокруг делалась нежной и священной.
Бежало время, и вот что-то снова тронуло духовное чутьё Клейна.
Он осторожно открыл глаза и увидел, что Хранитель в чёрной рясе покинул своё место и шёл в коридор сбоку.
«Там, наверное, ход в заднюю часть собора… Хранители находятся всё время в соборе? У них нет семей и своего жилья? Судя по их состоянию, это и неудивительно. К тому же за Хранителями Врат Ханис следят епископы, так что это нормальная мера предосторожности… А значит, мне нужно подружиться со священниками и епископами Собора Святого Самуила, чтобы получить добро на вход в помещения задней части…» — Клейн больше не смотрел украдкой, закрыл глаза и стал размышлять о различных задачах.
Спустя какое-то время он медленно поднялся и подошёл к алтарю. У ящика для пожертвований достал пятьдесят фунтов наличными из бумажника, набожным жестом бросил в ящик.
Это привлекло взгляды епископа и дежурного священника. Увидев знакомое лицо, те подобрели.
Проделав это, Клейн легонько кивнул духовным лицам, развернулся и пошёл по притвору к выходу. Ричардсон, держа цилиндр и трость, следовал за ним по пятам.
Выйдя из молитвенного зала, Клейн двинулся к главному входу вдоль череды затейливых настенных росписей и окон с цветными стёклами под сводами.
Тут вошли несколько человек. Во главе их был мужчина средних лет с длинными бакенбардами и мягкими чертами лица. На нём был чёрный китель, но не было ни перчаток, ни трости в руках.