— Давайте исключим дом номер 32 и выберем из двух. Перед тем, как я приму решению, я должен их посетить. Сделаем это после обеда.
— Да, сэр, — на лице мистера Уолтера по-прежнему сохранялось строгое и чопорное выражение.
…
К югу от моста, церковь Урожая.
Протирая серебряные подсвечники, Эмлин Уайат обдумывал слова мисс Маг.
«Собрание Потусторонних… Это всё равно, что ничего не сказать. Их сложно проверить. Она не успеет меня предупредить, поэтому сам я не смогу поучаствовать.» Посмотрев на своё отражение в полированном серебре, Эмлин причесался.
Затем вампир отложил ветошь, вернулся к первому ряду скамей и уселся, наблюдая за молитвой отца Утравского, который с невидящим взглядом стоял перед алтарём.
В его голове мелькали мысли, иногда порождая идеи. Наконец, Эмлин придумал хоть что-то.
‘И откуда взялась марионетка, сразу привлекшая внимание верующего Изначальной Луны?
Лунная Марионетка… Похоже, что это ловушка. Может ли это быть ловушкой Руса Батория и остальных?’
Рус Батория был бароном, который, наравне с остальными, участвовал в соревновании. Эмлин считал его своим сильнейшим соперником.
Чем больше Эмлин об этом думал, тем сильнее ему казалось, что он на верном пути. Он знал, что Батория известный любитель антиквариата, особенно наслаждающийся всякими безделушками южного континента!
Походив туда-сюда, он изогнул губы, усмехнулся и молча пробормотал. «Я не могу попасть на собрание и определить местоположения Виндзор, но могу проследить за Батория и оказаться рядом с целью раньше него!»
«Ха-ха, очень хочу посмотреть на его лицо, когда это случится! Да, мисс Маг заработала эти фунты!»
Как только Эмлин разволновался, Отец Утравский завершил молиться и посмотрел на него сверху вниз, мягко сказав:
— Вера наша не в словах, но в каждом нашем движении. Сегодня ты был недостаточно сосредоточен. Протри подсвечники ещё раз.
— Х-хорошо, — Эмлину стало стыдно.
После того как священник направился в исповедальню, Эмлин взял себя в руки и развеселился. «Я вовсе не набожный. И не должен её проявлять!»
…
Деревья росли по краям улицы, придавая ей красоты и спокойствия. Со своей инкрустированной золотом тростью в руках, Клейн приблизился к дому номер 160.
Выдохнув, он повернулся мистеру Уолтеру:
— Скажите владельцу, что я доволен и сниму этот дом на год. Позже, можно будет снять дом в лучшем месте, например, в районе Императрицы.
Это был намёк на желание получить аристократический титул, ведь район Императрицы — исключительно для аристократов. А что касается, почему Клейн не снял дом на полгода, то высококлассная недвижимость сдавалась лишь на длительное время. Минимум один год.