Когда мисс Мэри это услышала, она поинтересовалась:
— Вас что-то здесь держит? Когда Вы оставите Бэклэнд?
— Большая часть моей работы завершена. Остался только один вопрос. Хе-хе, моя сестра, Одри, заинтересована в 10 процентах акции велосипедной компании. Она наняла переговорщиков, а я за это отвечаю, — без задней мысли сказал мистер Хибберт.
«Акции компании? Какое совпадение… Я должен сказать, как тесно высшее общество…» Мысленно вздохнув, Клейн намеренно заявил:
— Я и сам нанял людей ради этих акций, но смог предложить всего лишь 9 000 фунтов. К несчастью, я не мог соперничать с остальными, и вынужден был оставить это дело.
Мистер Хибберт удивлённо на него посмотрел:
— У Вас хороший вкус.
Он не упомянул о своей цене, чтобы не дать Клейну участвовать.
«9 000 фунтов…» Мысленно пробормотав, мисс Мэри осознала, что очень недооценила богатство Дуэйна Дантеса.
В этот момент зазвучала мелодия третьего танца. Хибберт Холл развернулся к мисс Мэри:
— Могу я иметь удовольствие с Вами потанцевать?
— Это то, чего я ждала, — мисс Мэри тотчас же предложила ему руку.
Это не позволило Клейну обменяться с ними визитками, но он не спешил, до конца бала ещё оставалось время.
Взяв ещё еды, парень наслаждался вкусом, глядя на танцующих, восхищаясь движениями женщин и девушек.
Он заметил, что мистер Махт и его жена время от времени общались с другими людьми и даже танцевали с ними
«Со слов мистера Уолтера, после утверждения списка гостей, хозяева должны узнать их прошлое и предпочтения, заготовив темы для общения и даже шутки. Чтобы каждый чувствовал себя особенным… Общаться в высшем свете очень не просто… Хе-хе, может из-за этого лоэнские джентльмены рано лысеют…» Мысленно пошутив, Клейн задумался.
Отведя взгляд, он посмотрел на чистую тарелку. Клейн задумался, пригласить ли ему кого-то на танец или ещё поесть. В этот момент, он краем глаза заметил фигуру Хейзел Махт. Она почти бежала куда-то на третий этаж.
Хорошие люди и хорошие дела
— Что случилось? — Клейн тотчас напрягся.
Он в прошлом пережил слишком много неприятностей и знал, что с лёгкостью может оказаться втянутым в дела Потусторонних. Столкнувшись теперь с чем-то подобным, он не мог сдержать бессознательной тревоги. То было в каком-то смысле сродни посттравматическому стрессовому расстройству.
С серьёзным видом понаблюдав, как фигура Хейзел Махт удаляется с лестницы, Клейн почувствовал, что она лишь торопится, а не паникует.
«Это значит, у неë всё дело под контролем… К тому же сам Махт — Член Парламента Палаты Общин, представитель высшего общества, что лишь чуть ниже знати в королевстве. Должно быть, вокруг него Потусторонние, которые его охраняют. Да, старший сын графа Холла тоже здесь, так что его телохранители наверняка тоже Потусторонние… И вдобавок Собор Святого Самуила всего в десяти минутах езды на карете от улицы Бьëклунда. Стрясись и вправду что-то, сразу примчатся Ночные Ястребы, священники и епископы… Никто не станет устраивать на этом балу неприятности, разве что если решил пожертвовать жизнью…» — Клейн понемногу успокоился и стал строить иные догадки о положении Хейзел.