Он танцевал, вкушал яства, непринуждённо беседовал, снова вкушал, и так бал понемногу уже подходил к концу, гости один за другим стали прощаться.
Выполнив задачу по обмену визитными карточками, Клейн тоже откланялся. Но он не был ни первым, ни последним.
Вскоре в зале наступила тишина, и мадам Риана стала пристально наблюдать за слугами, пока те наводили порядок. Между тем она подозвала свою дочь Хейзел.
— Мистер Дуэйн Дантес лучше показал себя, чем я ожидала. Многие дамы даже спрашивали меня о нём в личных беседах, — завуалированно начала мадам Риана.
— Хейзел, какие у тебя впечатления от танца и беседы с ним? Ты более зрелая, чем другие девушки твоего возраста. Я доверяю твоему вкусу и суждениям.
Она отлично знала свою дочь и нарочно добавила последние фразы, иначе бы Хейзел вряд ли интересно было подробно отвечать.
Хейзел с матерью не позволяла себе высокомерия. Подумав, она ответила:
— Он с этим кругом не слишком знаком и запросто заговаривает на темы, которые могут быть оскорбительны, однако же он очень понимающий.
— Очень понимающий… — Мадам Риана, слегка удивлëнная, повторила эхом слова дочери.
Насколько она знала Хейзел, то был довольно щедрый комплимент.
И мадам Риана не могла сдержать беспокойства о том, что дочь прониклась симпатией к Дуэйну Дантесу.
«Хейзел невысокого мнения о достойных холостяках, что есть вокруг неё, потому что те слишком молоды, неопытны и ни на что не способны? Получается, что Дуэйн Дантес — мужчина того типа, что нравится рано повзрослевшим девушкам…» — Риана вдруг стала сожалеть, что пригласила этого джентльмена тогда на балконе.
Риана знала, что с Хейзел вполне станется сбежать с избранником, если та испытает на себе какое-либо презрение и осуждение её новообретëнной любви.
Хейзел, казалось, почувствовала мысли матери и сказала без особого выражения:
— Я люблю только тех мужчин, что достаточно сильны и могущественны.
«Уф…» — Риана беззвучно вздохнула, уже не беспокоясь о той проблеме. Ведь Хейзел была такой барышней, что считала для себя ложь ниже своего достоинства.
…
Среди ночи Хейзел встала с кровати. При помощи ночного зрения переоделась в другую одежду, не стесняющую движений.
Спустилась с балкона своей спальни и осторожно, ловко ускользнула от внимания телохранителей семьи. Прошла через весь сад и оказалась в середине улице Бьëклунд. Не каждый лаз в канализацию позволял человеку проникнуть по вертикальным металлическим лестницам.
Хейзел отточенным движением подняла крышку лаза, слезла в него и снизу закрыла крышку.
Около сорока пяти минут спустя она снова открыла лаз, вылезла и вернулась в тень улицы.