Потеряв под Полтавой армию вместе со славой непобедимого полководца, Карл со свитой в несколько десятков человек и предателем Мазепой достиг турецкой крепости Бендеры. Здесь он нашел приют в маленькой деревушке Варнице, охраняемый отрядом янычар. И теперь все усилия шведского короля были направлены на то, чтобы вовлечь приютившую его Османскую империю в войну с Россией.
Интриги шведского короля при дворе султана встретили поддержку со стороны поляков, сторонников низвергнутого с престола Речи Посполитой Станислава Лещинского, а также со стороны посла Франции.
— Что же делать дальше-то? Ведь таким ходом, может статься, война будет, а она ой как не нужна нам сейчас, совсем не нужна…
Вечерело. Кубок вина, принесенный молоденькой девушкой, так и остался стоять на столике, а невысокий пухленький человек с затаенной тревогой в глазах всматривался в синие просторы Черного моря, раскинувшегося далеко за горизонт.
22 декабря 1709 года от Р.Х.
Москва
Солнце недавно село за горизонт, однако улицы Первопрестольной освещены были так, что, казалось, стоял день. Сотни факелов в руках молодых воинов давали достаточно света для того, чтобы от них нельзя было укрыться.
В столице жизнь кипела, бурлила. Всколыхнувшее весь город покушение на государя и наследника пробудило от спячки полицейских. Они словно гончие врывались в дома, выискивая бомбистов, порой вытаскивая из постелей обычных мужиков просто за то, что в их избе лежал старый дедовский бердыш или вовсе древняя пищаль, оставшаяся со стародавних времен. В то же самое время гвардейцы, во главе с обер- и унтер-офицерами, кружили по московским улочкам, дотошно всматриваясь в лица прохожих и арестовывая каждого бродягу. Нападение на царя было плевком на честь и мундиры всех присутствующих на месте взрыва: слишком дерзко, грязно это было! Прощать такое нельзя ни в коем случае!
Сразу же после взрыва бомбы под копытами лошадей царя и цесаревича витязи во главе с Прохором, вовремя сообразившим, что к чему, заняли круговую оборону возле раненых, лежащих без сознания царственных особ. Но больше ничего не произошло, в толпе вокруг слышался только истерический визг почтенных матрон. Беспорядочная беготня только раздражала, не принося никаких результатов.
Первым делом осмотрев раненых, Прохор облегченно вздохнул: все живы. Царю-батюшке пара мелких осколков попала в лицо, одна из бровей была разорвана пополам, кровь заливала глаза, отчего оно походило на языческую маску древнего божка.
Раны Старшего брата были относительно безопасными: тугими толчками шла кровь из предплечья и бедра. Чтобы наследник не умер от потери крови, Прохор с парой витязей тут же перетянули ногу и руку чуть выше ран, останавливая кровотечение.