Ноябрь 1709 года от Р.Х.
Царьград
Полномочный посол России Шафиров
Берег Черного моря. В доме полномочного посла Русского царства, на окраине Стамбула (Царьграда), с самого утра жизнь била ключом. Постоянно кто-то приходил, а кто-то из челяди или посланников уходил.
Сменив на столь ответственном посту Петра Толстого, его тезка Петр Шафиров не потерял контакты и связи, налаженные его предшественником в столице Османской империи.
Постоянные подкупы, обещания, заверения в помощи, подарки на празднества самым разным сановникам — все эти ухищрения постепенно открывали дорогу к сердцам и умам нужных ему людей. Ведь здесь, в Османской империи, приходится искать самых разных людей, потому что уже завтра, быть может, тот, на кого ты надеялся, будет гнить в тюрьме или вовсе висеть на остром колу где-нибудь на окраине империи, пугая подданных суровой карой правосудия.
Дикие, порой варварские порядки давали отличный результат. Вот только империя продолжала разваливаться, постепенно деградируя в обычное феодальное государство, когда на требование явиться к месту сражения некоторые воины могли попросту отказаться от выполнения приказа, и часто случалось так, что и принудить к выполнению их не мог никто.
Обо всех мелочах, важных событиях, наблюдениях полномочный посол писал в дневнике, за три года пребывания в столице Османской империи записи разрослись до семи сотен исписанных мелким почерком листов. В этот своеобразный отчет также вошла краткая опись всего имущества посольства, всех подарков, которые были сделаны приближенным султана, с указанием их рыночной цены. Это делалось для того, чтобы в дальнейшем государь мог отследить чистоплотность посла и аппетиты чиновников империи.
Вообще, султанский двор съедал просто огромные средства русского посольства, великие визири менялись с такой частотой, что Шафиров частенько не понимал, зачем вообще назначать человека на такую ответственную должность всего на несколько месяцев. Однако при всем своем недоумении Шафиров прекрасно понимал, что чем больше неразберихи будет в Османской империи, тем спокойнее будет его Отечеству, занятому в войне с северным соседом.
Способ назначения на эту ответственную должность был своеобразный: человек выбирался не по его способностям, а по личным пристрастиям и симпатиям султана или его матери — валиде. За неполных девять лет успели смениться пять великих визирей, заботящихся в основном о собственном кармане и почти не обращающих внимания на султанский двор и нужды империи. Правда, последний визирь, Силахдар Али-паша, назначенный в мае 1706 года, сменивший Мехмеда Балтаджи, энергично взялся за управление вверенным ему государством, являясь самым молодым садразамом — великим визирем.