— Ну, мысли, к примеру, я читать не умею, Егор Филиппович, да и вам бы пожелать того же хотел, во избежание неприятностей, а то мало ли кто что нехорошее подумает,- все так же меланхолично заметил полномочный посол.
От этого, казалось бы, дружеского замечания названный Егором Филипповичем заметно побледнел и не чего не говоря, поспешил отойти подальше от главы дипломатической миссии, тут же найдя себе собеседника из каких-то молодых представителей посольства.
— А вас здесь побаиваются, господин посол,- заметил я, подходя к шестидесяти пятилетнему мужчине.
— Может быть и так, ваше высочество,- улыбнулся мне он.
— Вы кажется, совсем недавно мне разговор предлагали? Надеюсь, предложение остается в силе?- спросил я посла.
— Конечно, царевич, я буду только рад, если смогу ответить на ваши вопросы, а заодно и провести с пользой наше долгое путешествие,- ответил седой дипломат.
— Хорошо, тогда давайте пройдем в каюту. Разговаривать всегда лучше за столом с бокалом доброго вина, нежели на продуваемой всеми ветрами палубе.
— Мне тоже так кажется, ваше высочество,- заметил посол.
— Тогда прошу ко мне в каюту, Петр Андреевич.
Как и в большинстве судов этого времени, отдельные каюты на корабле были роскошью и отдавались в распоряжение высшим офицерам, либо как мне и главе дипломатической миссии, то есть людям имеющим на это право.
Сама каюта ничем примечательным не отличалась, разве что высота у нее была чуть более сажени, да и вся отделка изнутри представляла собой мечту столяра. А так вполне заурядная комната, или быть может я такой черствый, и уже не могу оценить по достоинству всю красоту? Не знаю, может быть.
— Присаживайтесь,- указал я на кресло возле стола.
— Спасибо, признаться честно, моя поясница меня замучила, как из Царьграда вернулся, так и вовсе житья с ней никакого не стало,- с облегчением сел на кресло Толстой.
— Тогда, хочу предложить вам попробовать одного интересного вина, уважаемый Петр Алексеевич,- сказал я послу, копаясь в подобии бара.- А вот и оно, правда, названия я так и не удосужился узнать, поэтому прошу не взыскать с меня.
— Что вы, ваше высочество!- возмутился старый дипломат.
— Шучу я так. Увы, неудачно,- разливаю в бокалы рубиновую жидкость.
— За здоровье нашего государя!- поднимаю бокал.
Толстой незамедлительно меня поддержал, и так же пожелал здоровья моему батюшке, внимательно осматриваясь по сторонам.
«Как будто у врага находится,- мимоходом заметил я сам себе, наливая новую порцию, после чего позвонил в колокольчик и попросил слугу принести нам легкий завтрак».