— Вот смотрите, Вадим Федорович, здесь несколько набросков будущих ракет…
Оно мне надо? Тем более что в этом деле я не рублю совершенно.
Но Александр Дмитриевич пристал как банный лист к известному месту. Не с первого раза удалось добиться понимания того простого факта, что я химик, а не баллистик.
Еще со школы ненавидел кинематику: как только там в формулах появлялись синус или косинус, мое сознание мгновенно отключалось. Со всей остальной физикой я дружил, кроме волновой — косинус омега тэ, это вообще было для меня абсолютно нецензурным словосочетанием.
Так мало того, что мой начальник совершенно конкретно грузил своего подчиненного совершенно чуждыми для основной работы проблемами, он вообще стал в значительной степени манкировать своими основными обязанностями: обеспечивать сырьем и оборудованием работы по производству бездымного пороха. Мне за последние пару недель пришлось не раз вежливо напоминать подполковнику, что кончаются то кислота, то селитра, то хлопок, то спирт…
Нет, я понимаю — сам человек увлекающийся, но нельзя же быть таким мальчишкой… Ведь есть же «госзадание», а ты назначен главным… Понимаю и то, что очень хочется воплотить свою идею, внедрить ее в массовое производство… Но елки-палки!
Он ведь, кроме всего прочего, стал у меня бездымку для своих ракет выцыганивать. Нормально, да?
То есть мало того, что сам на своем ракетном полигоне постоянно пропадает, так еще и то, что мы тут впятером вымучиваем за два дня, хочет выпшикать для пары полетов своих экспериментальных снарядов.
Вроде проникся и в дальнейшем довольствовался простым черным порохом, который в данном деле, кстати, ничем не уступал бездымному, а еще и шлейф оставлял, что при массовом применении ракет должно весьма способствовать нужным настроениям у обстреливаемых ими.
Работали около десяти часов в сутки, так что на «быт» времени хватало. Только вот заполнить его было практически нечем. Понятно, что о развлечениях двадцатого века типа кино или телевизора можно и не мечтать, но ведь и чтива подходящего не найти — на мой вкус, все книги того времени написаны очень уж тяжеловесным языком. Может, кто-то и получает удовольствие от чтения «Слова о полку Игореве» даже в адаптированном варианте или находит великим творчество Сумарокова с Тредиаковским — я не из их числа. Даже пьесы Фонвизина как-то не очень… Ну что поделаешь, я такой, как есть… И что? Бушковскую «Пиранью», я не знаю, какой уже раз перечитывать?
Так чем заняться в свободное время?
К тому же отлучки за пределы периметра без особой на то необходимости, мягко говоря, не приветствовались.