Белла находилась под домашним арестом. Неделю не ела, ни с кем не говорила. Втайне надеялась, что Говард предпримет попытку выкрасть ее, хотя бы передаст записку или подаст иной знак. Тщетно. Время шло, но от возлюбленного не поступало ни весточки, ни слова.
Несколько месяцев спустя Белла узнала, что Говард уехал из города. Служанка проговорилась еще и о том, что молодой господин настолько занят семейными делами, что вряд ли скоро вернется.
Сколько раз после Арабелла упрекала себя за нерешительность, но уже ничего не могла изменить. Родители уже предопределили ее будущее. В их мечтах она блистала при дворе, выбирала из десятка поклонников самого достойного, чтобы продолжить славный род Пленнес. Чувства шестнадцатилетней девушки никто не принимал всерьез.
Белла ждала, вглядываясь в темноту ночи, мечтала увидеть Говарда, но молодой человек так и не появился ни через месяц, ни через год. Быть может, приходил, но слуги не пускали его в дом. Быть может, забыл свою первую любовь.
За окном надрывно прокукарекал петух. Еще несколько пернатых товарищей вторили ему. Их голоса разогнали вязкую полудрему, в которой пребывала Арабелла.
Что толку тосковать о прошлом, волноваться из-за будущего? У нее есть лишь этот день, один день, чтобы попытаться изменить свою жизнь к лучшему или хотя бы выжить.
Девушка потянулась, разминая затекшие за ночь мышцы, прошлась по кухне. Вернула на место табуреты. Снова умылась, прогоняя остатки сна. Открыла заднюю дверь и выплеснула воду из таза. После вчерашнего дождя это была капля в море. Во дворе и без того хватало луж. Выходить на улицу и проверять их глубину не хотелось. Единственные башмаки Беллы еще не просохли. Новое испытание непогодой они вряд ли выдержат.
Белла руками расчесала волосы, повязала косынку. Простой головной убор хоть как-то скрывал неровно подстриженные, сухие, как солома, локоны. Нечем больше гордиться.
Она так и не решила, что делать дальше. О том, что у нее и права голоса-то нет, старалась не думать. Если нужно, будет умолять некроманта не отсылать ее на рудник, на колени встанет, но добьется своего.
Как низко может пасть человек, упрекнул лорд Эриас. Сейчас его слова уже не обижали так, как накануне. Белла поняла, что и правда на многое готова, чтобы лишь бы не возвращаться на каторгу. По слухам, дольше пяти лет там никто не задерживался. Тяжелый труд, скудная пища, отсутствие лекарей наказывали изощреннее палачей. Обширное кладбище, расположенное неподалеку, служило тому неоспоримым доказательством. Оказаться там снова, значит, быть похороненной заживо.