Я шагнула внутрь.
Мир встретил меня хаосом.
Праздничный зал, ещё полчаса назад сиявший золотом, сейчас был похож на разбитый улей. Столы отодвинуты, кое‑где перевёрнуты. Осколки стекла, разлитое вино, запах крови — ещё свежей, не успевшей остыть. Волки в полупереходе, одни — на четвереньках, с рвущейся под кожей шерстью, другие уже сменили облик.
В центре, ближе к главному входу, две группы сил столкнулись, как волны.
Стая Серебряных — знакомые запахи, узнаваемые силуэты. И напротив — чужие. Насыщенный запах хвои и снега, холодный металл, странный привкус старой магии.
Ликаны.
Я застыла на пороге, и мир на секунду словно сузился. Передний край ликанской группы раступился, и я увидела его.
Не отца.
Высокий мужчина с длинными, почти белыми волосами, собранными в низкий хвост, в тёмном, пропитанном чужой землёй плаще. Лицо резкое, скуластое, глаза — необычного, лунного серо‑золотого оттенка, какой бывает только у тех, в чьей крови когда‑то зажигались древние клятвы. На шее — тяжёлый медальон с выгравированным знаком: пересечённые полумесяцы и клык.
Герб Ликанского Дома.
Мой герб.
Он стоял прямо напротив Артёма. Между ними — шагов шесть. Между ними — вся пропасть рас и старых войн.
Артём был в полупереходе, жилы вздулись, клыки удлинились, глаза потемнели почти до чёрного. Волк рвался, но он удерживал границу, не давая себе сорваться окончательно. Рядом — беты, в кругу чуть позади — Мила, тоже в полупереходе, с глазами цвета свежей крови.
— Я повторю ещё раз, — ровным, неожиданно спокойным голосом говорил беловолосый. — Мы пришли не воевать.
— А вошли со взломом, — рыкнул Артём, — во время священной церемонии.
Ликан чуть склонил голову.
— Время выбрано не нами. Нас вёл зов крови. Наследница открылась.
В зале, несмотря на гул битвы по краям, на секунду повисла тишина. Несколько голов обернулось почти синхронно — в мою сторону.
Я почувствовала, как десятки взглядов впились в меня. Но увидел ли меня он?
Беловолосый мужчина резко, почти по‑звериному вскинул голову, втягивая воздух. Глаза сузились.
Наши взгляды встретились.
Я не успела прикрыться. Не успела снова натянуть на себя маску омеги. Внутри меня ещё бился белый свет, слишком яркий, чтобы его можно было спрятать.
Я ощутила, как чужая сила — его сила — мягко, но неумолимо касается моей, как щупальце воды, нащупывающее родной источник.
Оглушительное узнавание прокатилось по залу, как взрыв волны.
Он выдохнул еле слышно:
— Принцесса…
Слово повисло в воздухе, как удар колокола.
Кто‑то из волков Серебряной Стаи тихо зарычал. Кто‑то выругался. Мачеха, стоявшая ближе к трону Серого Олега, побледнела так резко, что даже сквозь общий хаос это было заметно.