Я ушел, оставив Франсуазу в полной прострации. Да… вот так… Жуткая чернуха, конечно, но при том не лишенная некоторой правдивости. На войне все средства хороши. Надо будет — переодену кого-нибудь из своих в британскую форму и сфотографирую его с поддельным трупом несчастного бура. Или с десятком трупов. И подпись: «Милая Мери! Я сегодня добил пикой своего десятого бура». Не знаю, как это сработает, но сенсацию разнесут все европейские газеты. Надо будет привлечь остальных журналистов и организовать массовый поток информации. Письма британских солдат, фотографии, интервью с жертвами британской военщины… Млять, только когда всем этим заниматься?.. Может, привлечь кого-нибудь: сам я ничего не успею.
Расставшись с баронессой, я понесся наметом в коменданту. Баумгартнер встретил меня, как своего старого друга, и сразу же попытался напоить ромом. Едва удалось отбрыкаться, после чего мы определили места блокпостов в городе и режим патрулирования. А еще я договорился об использовании полигона на свое полное усмотрение. Пообещав коменданту как-нибудь надраться с ним до полной невменяемости, понесся в пансион. Туда уже должна была вернуться экспедиция из лагеря бандитов. И вернулась…
Полторы тонны динамита, триста винтовок Маузера, почти триста тысяч патронов, двести пар отличных сапог…
— Сто ящиков консервов… — Ла Марш повертел в руках здоровенную жестяную банку. — Откуда у них это все? Американские вроде…
— На складах веселились… — Я решил, что как раз пришло время навестить чинушу из департамента и поставить его в известную позицию. Нет, это черт знает что: так грабить — и ни с кем не делиться! А придется, ибо мне деньги нужны. Не о себе радею, за державу обидно. — Что там дальше?
— Шляпы форменные, бочки с подковами и ухналями, седла в комплекте — сорок штук… — Ла Марш черкнул карандашом в блокноте. — Шесть бочек спирта…
— Шляпы раздать личному составу, — незамедлительно прокомментировал я. — Единообразие в форме — основа любого воинского подразделения. Спирт — под охрану, допускать к нему только по моему личному приказу. Что дальше?
— Почти сотня винтовок системы Мартини-Генри, патроны к ним… — Ла Марш запнулся. — Много… еще не успели пересчитать. И…
— Около пяти тысяч фунтов в банкнотах и монетах… — Шнитке шлепнул об стол внушительную пачку. — Мальчишка знал, где главарь хранит свою захоронку, и показал нам.
— Личный состав знает об этом?
— Нет, только мы с Адольфом, — Ла Марш самодовольно прищурился, — и Степан Наумофич.
— Для чего я сейчас это спросил? — Мне показалось, что капралы не так меня поняли. — Наумыч, ты как думаешь?