— Г-м… — крякнул Шнитке. — Ну-у…
— У вас какие-то свои планы, мой капитан? — попробовал догадаться Ла Марш.
— Да неча народец в искус вводить… — спокойно прокомментировал Степа. — Деньга может такой морок навести, что ей-ей и батяню своего порешишь. Поделить, канешно, можно, а воевать кто будет? Разбегутся же, ей-ей…
Я перевел капралам слова Степы и добавил:
— Я претендую из этих денег ровно на свою долю и ни пенсом больше. Думаю, вы тоже. Но раздавать народу эти деньги считаю неразумным. Все случится, как сказал Степан Наумович. Кто у нас тогда воевать будет? Лучше им установить небольшое ежемесячное жалование, да на эти деньги поправить экипировку.
— Еще чего — раздавать… — фыркнул Шнитке. — Тут этот прохиндей Марко… сегодня полностью очистил отрядную кассу. Мы даже к нему в долги влезли…
— Полностью согласен, нечего раздавать, — Ла Марш энергично кивнул. — Свою часть отделим, остальное — в резерв, и пополнить отрядную кассу. Мы все правильно поняли капитан, не сомневайтесь…
— Вот и хорошо… — немного успокоился я. Денежные вопросы — они такие вопросы… не одну теплую компанию сгубили.
— Но это еще не все… — Шнитке с Ла Маршем вышли из комнаты и затем с трудом втащили внутрь небольшой, но судя по всему, очень тяжелый сейф. — Тут еще вот такая хрень. Но про него все знают. Тяжелый, зараза…
— Ого… — я крутнул колесико на градуированной шкале сейфа, — так вот запросто не откроешь….
— Скубент, — лаконично высказался Степа. — Ентот шельмец чего хошь пропалит-продырявит.
— Точно!
— Герр капитан, ну мы будем фотографироваться или нет? — В кабинет ворвался Марко. — Фотограф уже почти час ждет… — Интендант ради такого случая даже волосенки свои расчесал и напомадил.
— Иди сюда… — я поманил его рукой. — Еще раз ворвешься без стука — пристрелю собственной рукой, скотина. Понял?
— Понял, герр капитан… — сконфузился интендант. — Больше не повторится.
— То-то же. Идемте, господа, запечатлеем себя для истории.
Запечатлели, а потом я в приватной беседе с фотографом, американцем Сэмом Дулитлом, выяснил, что он совсем не против подработать. А если речь будет идти о том, чтобы каким-либо образом причинять вред британцам, то готов работать бесплатно, лишь за компенсацию расходных средств. А прохиндей Марко заявил, что может за очень малую денежку подделать любой почерк. И вообще, очень любит сочинять письма….
Дальше распределили деньги, а затем я приказал загрузить в фургон все винтовки Мартини-Генри, Ли-Метфорда и боеприпасы к ним — поедут сейчас к Папаше Мюллеру на продажу, — а сам направился к лаборатории Веника.