— Сама я ничего такого не жую, — насторожилась баба. — И вообще… — она уставилась на винтовки, потом с большим сомнением поглядела на Сэлби, принюхивающегося к непонятной бутыли, на Дока-
Меня узница лохани почтила лишь беглым взглядом — я был не интересен.
— Что, знаете, что это такое? — доктор хлопнул по винтовочному ложу.
— Оружье, надо думать, — проявила похвальную сообразительность пленница. — Эй, вы пришлые, что ли?
— Кто-кто мы? — обозлился солдат, догадавшийся, что в бутылке всего лишь деготь для уключин. — Ты мне не дерзи!
— Я только предположила, — поджала губы тетка и поморщилась от боли. — Одежда странная, оружие, говорите с акцентом. Как тут дурного не подумать…
— И про акцент она знает, забулдыга этакая, — возмутился щепетильный Сэлби.
— Могу и помолчать, раз вы чисто риторически интересуетесь, — равнодушно сказала пленница.
— Зачем же молчать, леди? — удивился я. — Лучше скажите, давно в городе бывали?
— В Глоре? Пятого дня оттуда. Меня не продали и ушли, несолоно хлебавши. Хозяин сильно сокрушался. В море взяли контрабанду перекинуть, коротко, с когга на берег, оно-то рискованно, но лучше чем ничего, — охотно пояснила тетка.
Мое «леди» она пропустила мимо ушей, словно ее так титуловали частенько. Вообще она многовато врала — не менее половины из сказанного и несказанного. Но так почти все люди делают, нужно глубже ее комбинации понять.
— И что в городе? Мука-то опять подорожала? — спросил я…
Про муку тетка достоверно не знала, зато знала много другого. Нашу пленницу звали Кррукс — имя это или кличка я не совсем понял, тетка имела определенное понятие о разговорном снукере и на вопросы предпочитала реагировать немедленным отыгрышем обратно в борт и прятками за более ценными шарами-проблемами. Ну и ладно: если вкратце, ее пытались продать как ценную добычу, но дело не выгорело. Откровенно говоря, носительница рычащего имени напоминала невзрачную бродячую собаку, способную заинтересовать разве что всмерть прогорающего живодера. Сейчас один такой страдалец как раз пялился, на, э-э… самую крепкую часть ноги пленницы и улыбался во все свои негодные зубы. Что порядком мешало разговору. В смысле, мне мешало, а Кррукс не особенно — привыкла, что ее глазами свежуют. Да, отнюдь не пуританских нравов этот город Глор.
Так или иначе, нам придется туда пойти и разыскать человека, знающего о Британии и о вратах между мирами. Имелись у меня к этому шпиону и еще кое-какие личные вопросы. Но стоило для начала оценить самого резидента и уровень партии, разыграть которую он способен. Нижняя лига меня не слишком интересовала, мне и самому нужно было из нее выбираться.