— Нет, он уже доедает⁈ — в каморку ввалились доблестные стрелки.
Я сунул хребет замечательной черноперки за сковороду, жестом призвал возмущенных джентльменов к молчанию и указал на одеяло — оно изо всех сил притворялось неживым.
Сэлби взвел курок револьвера, подкрался к низеньким нарам и со всей мочи дернул край замусоленного одеяла.
— Ага, баба!
Торжествующий сэр-солдат на этот раз ничуть не ошибся — на нарах скорчилась именно существо женского пола.
«Леди» данный трофей именовать было трудно даже из учтивости, «девицей» она не выглядела из-за неопределенности возраста и недавнего соседства с плоскомордым попрыгуном, отнюдь не казавшимся склонным к целибату.
Круглолицая, сероволосая, неумытая, с разбитой нижней губой. Обычно таких относят к породе «потаскух». Впрочем, главный классификатор видов у нас Док, ему виднее.
— Так-так, — ликовал Сэлби. — Соучастница! Или наоборот, мы тебя спасли от поругания?
Тетка протяжно вздохнула и глянула на солдата с тоской. Возможно, будничное поругание и черноперка с кислолистом ей казались гораздо предпочтительнее близкого знакомства с неотразимым воякой Сэлби.
— Так что примолкла? — издевался солдат. — Где слезы счастья, вопли восторга и пляски этих… освобожденных вакцинок?
— Кого пляски? — удивилась замызганная особь, голос у нее оказался с хрипотцой, но вполне женственным. — Может, вакханок? С этим, красавец, тебе не обломится. Отучили
меня выплясывать.
Она приподняла лоскутную юбку, поочередно показала ноги — на щиколотках обеих были кандалы с тронутыми ржавчиной, но вполне добротными цепями.
— Хочешь, залезай так, не хочешь, ищи танцорку поталантливее, — закончила объяснение немытая особа. — Но рыбу дайте сюда, а то под вами немедля и сдохну.
Особенно изнуренной недоеданием цепная пленница не выглядела, скорее наоборот, особенно пониже талии. Но в ее тоне слышалась твердая уверенность в скорой и неотвратимой гибели от истощения.
Док пожал плечами и переставил сковороду на одеяло — волноваться за чистоту тут не приходилось.
В поедании черноперки наша пленница оказалась весьма искусна. Пока мы интересовались обстановкой каюты и ее содержимым, на сковороде выросла кучка чистеньких костей. Бабенка вытерла рыбьей головой масло с посудины, облегченно вздохнула и сказала:
— Не ищите. Нет ничего. Третьего дня перегрузили товар, выручка у Гвалта при себе. Остальное в город потащили. Но нутта нынче вообще не было. Неурожай за океаном, наркоманам лучше самим удавиться, уж извините за черную весть
— Наркотики, значит? — обрадовался ученому слову доктор.