А теперь выходит, что и Мелькор предал. Воспользовался ими и сдал, когда это стало выгодно. Да, он говорит, что все под контролем и их вернут из КСН через пару недель, не тронув и пальцем. Говорит, что они послы и доверенные лица и в случае чего можно просить помощи у кольца… Но нельзя же быть настолько наивным, чтобы верить всему, что тебе говорят! Не бьется вера в доброго Мелькора с фактами. Какие они послы? Все последние переговоры с коммунарами Пузырь проводил без Ильи, лишь ставя его перед фактами и принятыми решениями. Толку от таких послов ноль. Кольца? Вообще непонятно как они работают и зачем нужны, Мелькор не нашел времени и желания ответить на этот вопрос. Очень возможно, что это аналог рабских ошейников. Нет… надежда, конечно, не потеряна. В лучшем случае — они почетные заложники, выданные коммунарам как гарантия Пузыря в некой сделке. Вот только это означает, что они актив, которым можно в случае чего пожертвовать. Или же сама сделка с коммунарами настолько ценна, что Мелькор готов рискнуть даже своими дорогими создателями, потому что это вопрос их общей жизни или смерти. Но если так, то почему он ничего не объяснил Илье, а трепался про какую-то командировку? Он Илью за идиота держит? Не… скорее всего, их просто сдали. Видимо, боеспоспособность их отряда показалась Пузырю низкой, а сейчас он достаточно усилился. Вот он и избавился от уже ненужного актива, подмаслив новых союзников. И никуда особо не денешься. Тупо бежать — не вариант, надо выкручиваться с умом…
Пока Илья размышлял, отряд свернул на Трамвайную улицу и коммунары подошли поближе к людям Мелькора, держась совсем рядом. Трое из них вышли вперед, а Борис с Натальей следовали сзади, словно конвоиры. Что, по мнению Ильи, было недалеко от истины. Все вместе они перешли по пешеходному переходу на другую сторону дороги, повернули на Старокубанскую улицу и оказались у небольшого длинного пруда, на берегу которого находился узкий вытянутый сквер с голыми осенними деревьями. Утром рабочего дня он был почти безлюден, если не считать пары прохожих, выгуливающих собак на его противоположном конце.
— И… куда дальше? — спросил Илья Бориса, остановившись.
— Идите прямо по дорожке через сквер, — пояснил тот. — Уже скоро. Переход готов и ждет нас.
— Ладно.
Илья прошел по старому потрескавшемуся асфальту с полсотни метров и вдруг увидел, что впереди вовсю дрожит воздух, как в сильную жару над раскаленным асфальтом. Сделал еще несколько шагов и все вокруг вдруг резко изменилось: прохожие с собаками куда-то исчезли, очертания деревьев вокруг и домов за ними стали размытыми и нечеткими, слившись в одно целое как на картине импрессиониста, а дорожка наоборот стала четко видна в мельчайших деталях. Она вела словно мост через размытый мир прямо в колышущееся белое марево впереди. Парень поневоле замедлил шаг, но Борис подбодрил его.