Запрокидываю голову и пытаюсь затормозить хлынувшие непонятно откуда слёзы. Небо такое красивое. Боже, как же я его люблю. Сдержаться – совершенно невозможно и приходится закрыть рот руками.
– Ты нас утопишь, – ворчит Громов и вытягивает передо мной кольцо с крупным прозрачным камнем, таким же как на серёжках.
– Не порти мне самый лучший момент в жизни, – всхлипываю, глядя на него сверху вниз.
– Хочу, чтобы ты стала Громовой. Ты сказала, что желаешь подождать. Повстречаться. Но мне плохо без тебя. Хочу вместе засыпать и просыпаться, не знаю, что там ещё делают…
– Тебе лишь бы засыпать и просыпаться, – смеюсь, стирая набегающие слезинки.
Под грудью словно фонтаны бьют. Столько эмоций, что стоять спокойно тяжко.
– Ты… станешь Громовой? – становится он вдруг серьёзным и окаменевает.
Стремительно озираюсь по сторонам…
Голос Селин Дион проникает прямо в душу, и я всё вспоминаю. Весь тернистый путь, в котором было видимо-невидимо всего. И разрушающая боль и всепрощающая любовь. Мы любили, ссорились, не понимали друг друга, пытались быть с другими…
В жизни вообще разное бывает…
Порой случается так, что кто-то лучше тебя. Вот так бывает, представляете? Вроде бы по всем параметрам ты идеальный и всё всё всё делаешь правильно. А кто-то и любовь забирает, и «Дебют года». Выходит, этот кто-то ещё идеальнее?.. Лучше тебя, получается?..
Принять эту правду под силу только сильному человеку. Увидеть в собственной неудаче потенциал – удел настоящей личности и судьба её обязательно вознаградит. А вот пытаться сделать ни себя лучше, а очернить эту личность, расправиться с ней – это слабость и признание бессилия.
Слабость, которую в итоге жизнь не прощает.
Виноваты ли Анжела и Лада в том, что они такие?
Честно, не знаю… Я ведь не судья или Бог, чтобы назначать виноватых.
Сейчас, стоя перед главной любовью своей жизни и, по совместительству моим лучшим другом с пелёнок, Мироном Громовым, я торжественно клянусь себе, что больше никогда не буду о них думать…Я просто пойду дальше и буду… счастлива!
«Мы будем любить друг друга вечно» – разносится чудесный голос Селин из телефона, и я, радостно вздохнув и прикрыв от торжественности момента глаза, склоняюсь, чтобы поцеловать своего будущего мужа и с дрожью в голосе сказать ему главные в жизни слова:
– Я согласна…
Эпилог. Тридцатилетний Мирон
Десять лет спустя.
– Хмм… Инесса Сергеевна, вы уверены, что для чтобы подписать разрешение на прививки, я должен был приехать в школу лично?
Иронично приподнимаю брови и принимаюсь заполнять бумаги. Время деньги, но девица напротив вообще не отупляет.