— Может, и так. — Галка плюхнулась на одеяло и похлопала ладонью рядом с собой. — Однако мужу положено делить постель с женой. Так что…
Я усмехнулся. Было яснее некуда, для чего она устроила этот спектакль на площадке — теперь у меня появилось законное право потолковать с Вороном на понятном ему языке. Хороший, разумный ход — пожалуй, даже получше моих сияющих клинков — потому что огнем я только напугал, а Галка одной фразой переписала расклад.
Но ей зачем-то понадобилось паясничать и после того, как мы остались наедине.
— Мы уже не раз ложились рядом по пути сюда. Чтобы было теплее. Ты, я и две здоровенных огнедышащих ящерицы, — проговорила Галка, отодвинувшись к стене и освобождая мне место. — Или без их общества тебе не спится?
Возразить было нечего. Я стащил рубаху, пристроил у изголовья свернутую куртку — не подушка, конечно, но лучше, чем ничего — и улегся. Постель оказалась жестковата, места не хватало, зато здесь не было чертовых змиуланов с их сомнительным ароматом. Шерстяное одеяло, которым мы укрылись, едва ощутимо пахло мокрым деревом, дымом, смолой и чем-то еще — знакомым и, пожалуй, даже приятным.
Наверное, самой Галкой.
Она тут же заползла под бок, ткнулась лбом в плечо, подобрала ноги и закинула одну на мое бедро — без всяких церемоний.
Теплая, живая. За неполную неделю дороги сюда я успел привыкнуть к ее прикосновениям, но теперь они почему-то казались другими. Странными, чуть будоражащими.
И, может, даже немного пугающими. Все эти месяцы — с самого моего приезда на Пограничье — в моем теле жил человек, занятый смертельно важными делами: переговорами, войной, усадьбой, крепостью, волотами, дружиной и еще Матерь знает чем. Князя Игоря Кострова — владыки вотчины и главы рода — стало так много, что понемногу выдавливал из меня не только Стража Тарона, но и обычного юнца восемнадцати с половиной лет от роду. Вместе с положенными юнцу желаниями и помыслами.
А сейчас юнец вдруг проснулся.
Тяжесть Галкиной ноги на бедре, мягкая плоть у плеча, горячее дыхание где-то у ключицы — все это действовало, как… в общем, действовало. И пробуждало такие мысли, которые я еще в прошлой жизни успел записать в странные и ненужные. Дело Стража — война. А остальное…
Остальное только мешает.
— Вот уж не думала, что выйду замуж до лета, — промурлыкала Галка и закинула ногу еще чуть повыше. — Но раз уж так случилось…
— Это не настоящий брак, — проворчал я.
— Знаю. — Она приподнялась на локте — и через мгновение оказалась сверху. Села мне на бедра, развела колени и чуть выгнулась, упираясь ладонями в грудь. — Но у нас еще есть время до утра, чтобы это исправить.