Я кивнул, боясь произнести хоть слово, нубиец был скор на тумаки.
— Это значит, что ты сам будешь выбирать оружие. Причём — и это самое главное — противника себе выбирать ты ещё долго не сможешь. Пока не научишься сносно владеть оружием — вызвать на дуэль не понравившихся тебе людей не получится.
Я снова утверждающе кивнул.
— Поэтому и нужно копьё, чтобы ты смог одолеть противников, которые обязательно будут старше тебя, сильнее и гораздо опытнее во владении мечом. Хоть ты и неплохо развит для своих лет, но против опытного дуэлянта тебе ничего не светит, уж поверь мне. Поэтому я решил, что единственный твой шанс попытаться выжить — это освоить копьё. Оружие для дуэлей необычное, и поэтому противнику будет сложнее тебя убить.
— Но ведь в дуэлях разрешены только мечи, — пискнул я, втягивая голову, чтобы не получить ещё один удар.
Подлый нубиец дождался, пока я выпрямлюсь, считая, что угроза миновала, и только после этого дал мне подзатыльник.
— Ну, Р‑о‑он, — возмутился я, — что ты меня, как Шаста, лупишь всё время?
— Сейчас твое баронство договорится до сотни отжиманий, — спокойно отреагировал негр на моё возмущение.
Мое баронство конечно же сразу заткнулось.
— Так вот, — продолжил он, — если кое‑кто не знает правил, то это вовсе не значит, что ему можно умничать. К твоему сведению, для дуэли любая сторона может выбирать любое оружие. Просто так исторически сложилось, что меч является оружием универсальным, поэтому его носит подавляющее число дворян. Но вызываемая сторона может выбрать то оружие, к которому она привыкла, и это может быть вовсе не меч.
Я удивлённо слушал, такие знания были для меня в новинку.
— Поэтому, — негр показал мне кулак, — как я уже сказал, единственный твой шанс выжить в первых дуэлях — это компенсировать свои недостатки необычным оружием, к которому придётся приспосабливаться твоим противникам. Для начала занятий я покажу тебе основные стойки и приёмы в работе с копьём, а потом выдам тебе вон ту железяку, — Рон кивнул на лежащий на земле толстый металлический прут длиной с его копьё, — выкованную специально для тебя Дарином. И мы вставим занятия с ней в твой обычный график, — закончил он.
Я хотел открыть рот, чтобы ответить ему, но тут меня перебили: на поляну с широко открытыми от страха глазами влетел на коне сын старосты. Месяц назад я снабдил старосту этим транспортным средством, чтобы тот в случае опасности сразу мог меня предупредить. Сердце моё испуганно трепыхнулось, таким я сына старосты видел впервые.
— Что случилось? — спросил я его, когда он свалился с коня мне под ноги.