— В целом, я не удивлён. Какого рода игра? — поинтересовался я, и внутри зашевелилось дурное предчувствие.
— Та, что направлена против короны, — тихо ответил князь.
Внутри похолодело. Заговор против императора — это не интриги великих князей за лакомый кусок и не подковёрная возня родов. Это совсем иной уровень. За такое стирают с лица земли весь род до последнего младенца.
— СБИ полагает, что кто-то в Новосибирске стал частью этого заговора? — осторожно выбирая слова, спросил я.
— Мы полагаем, что наше княжество могут попытаться использовать. Сами посудите. Богатый регион, важный транспортный узел, недалеко граница с Азией, множество сильных и богатых родов… А сейчас ещё и в процессе передачи власти — старый князь уходит, новый до сих пор не выбран. Идеальная мишень. Если посадить в кресло нужного человека — можно получить в свои руки целое княжество со всеми его ресурсами, — ответил князь.
Я задумался. Всё сходилось пугающе гладко. Я ведь и сам, сидя сегодня за столом с союзниками, говорил о том же — о марионетках великих князей. Только мыслил я в масштабах борьбы родов. А оказалось, ставки куда выше.
— Почему вы говорите это мне, Богдан Романович? — спросил я прямо. — Я не служу в СБИ и не обладаю той властью, которая бы помогла разобраться с заговорщиками. Я всего лишь граф, у которого хватает своих забот.
— СБИ и Его Величество сочли, что вы должны знать. Вы, Юрий Дмитриевич, набрали большой вес, и не можете оставаться в стороне. Ваш голос и голоса ваших союзников могут решить исход выборов. А значит, вы вольно или невольно влияете на эту игру. Лучше, чтобы вы делали это, понимая, что поставлено на кон, — объяснил Пушкарёв.
Логично. И, признаться, мне даже польстило такое доверие — хотя я прекрасно понимал, что за ним кроется холодный расчёт. Меня решили посвятить в государственную тайну не потому, что я такой молодец. Меня аккуратно встраивали в партию, собираясь использовать силу рода Серебровых в борьбе против заговорщиков.
Я бы в любом случае выступил на стороне императора, однако могу понять, почему он и Служба действуют именно так. Если существует заговор, трудно безоговорочно доверять кому-либо. И если ко мне проявили доверие — стоит посчитать это за честь.
— Кто стоит за заговором? — напрямую спросил я.
Пушкарёв качнул головой.
— Я не могу назвать имён, Юрий Дмитриевич. И не потому, что я вам не доверяю. Просто мы сами пока не знаем наверняка. Есть подозрения, но твёрдых доказательств нет. Скажу лишь одно, и думаю, вам это будет особенно интересно. По нашим данным, в деле могут быть замешаны люди, связанные с тёмными артефактами и Чёрной кастой.