— Господи, да барон, он же вовсе не похож на такового человека.
— Это несложно было устроить. Он совершил погром в помещении, отказывался от еды, его удерживало несколько человек, пришлось вновь «предложить» ему снотворное, а затем уже переодетого и остриженного… После схватки с нашей охраной и после доброй дозы виски его действительно признали, те, кто за ним приехал. Признали каторжником.
— Зачем же вы решили за меня всё? Жуткая участь, обратного пути для него не будет.
— Но ведь он сам пришёл к нам, ведь мы его ночью в гости не звали. Он не заблудился, понимаешь, осознанно шёл на верхние этажи, вот и кинжал у него нашли. Сказали, что именно таковым убит кто-то из охраны на судне.
Июнь подкрался тихими шагами прохожих, уютными солнечными деньками, бескрайним синим небом и лёгким бризом со стороны океана. Отгремели майские грозы — страсти, которые налетели морскими штормами в середине прошлого месяца, оставили за собой лишь шлейф рассеянных воспоминаний, а ещё налёт грусти.
Судьбы людей, от которых мы поспешили избавиться, ситуациями, что наспех подвернулись под руку, тревожили мой ум. Особенно по вечерам.
Отчего-то я была спокойна за Жданку, считая, что в монастыре она отсидится. Одумается. И минует худшее в судьбе молодой девушки, что могло ожидать её из-за такой бурной преступной деятельности. А вот барон и бывший Муромский купец, попали, как говорится в самую мясорубку.
Изначально их жизненные пути начали слагаться по-разному, но судьба, будто играя свела эти две незаурядные личности в России, дав им всего только один шанс на сотрудничество. А после сделала не просто врагами, между ними образовалась пропасть, в основе которой лежал шантаж и грязные махинации.
Кто-то из них мечтал о высоком графском титуле для себя и внуков, финансовой независимости, возможно карьере при дворе любого короля, страстно веря в госпожу удачу. А кто-то просто использовал людей из самого близкого окружения, решив всего на один только миг, что он умнее всех остальных.
Я отключалась от этих размышлений в столовой на людях, а после и за работой. Мы все будто договорились не вспоминать…; однако поднимаясь по широкой прямой лестнице с деревянными перилами вновь и вновь окуналась в события той ночи, которая постепенно становилась для нас с дочерью прошлым.
Усилив и заменив все замки на дверях и внутренних ставнях в доме, мы с большей уверенностью проводили свободное время в гостиной на первом этаже.
Изменения в распорядке наших с дочерью будней — словно свежий ветер в жизни особняка из серого камня на тихой улочке Эдинбурга. Вместо того чтобы проводить дни в закрытом помещении, мы всё же решили исследовать город и вначале отправиться в парк. И не просто в какой-то — мы выбрали сады Принцесс-Стрит.