Степной Огонь ответил им, широко улыбаясь:
— Мы на войне, всадники. А на войне все решает сила. И я говорю: вам не хватит силы утащить меня обратно за Холливел. Но мне хватит сил притащить вас в Мелоранж, и я это сделаю.
— Интересно, как же? — хохотнул Барок. — Мы не пойдем с тобой.
Если быть совсем точным, он успел сказать лишь: «Мы не пойдем ссссс….» И засвистел, булькая кровью, а «тобой» так и не выговорил, поскольку в шее его торчал нож Морана. Джантей отпрыгнул и выхватил меч, но в три удара Моран уложил и его. Потом отрубил головы обоим мертвецам, поднял их за волосы и крикнул шаванам:
— Клянусь, что приведу к победе всех вас! Пойдете сами — хорошо. А иначе придется мне вас нести.
Он потряс мертвыми головами.
…Той же ночью восстали шаваны Джантея и Барока. Правда, не все — многие побоялись. Но целая сотня шаванов Барока атаковала шатер Степного Огня. Была лютая сеча, и всадники Огня победили. А сотня шаванов Джантея попыталась бежать из лагеря, но всадники Степного Огня догнали их и расстреляли на скаку в чистом поле. И мятежников, и дезертиров — всех, кто не погиб в бою, — притащили в лагерь, раздели и повесили на деревьях, перебив кости рук и ног. Три дня орда смотрела, как они умирали от боли и жажды, а вороны клевали их лица.
Сейчас, когда Ней и Чара вернулись из рейда, мертвецов стало больше. Вокруг лагеря деревьев не хватало. Ради новых казней откуда-то притащили стволы, вкопали в землю, к ним гвоздями приколотили дезертиров. Прибавилось больше трех дюжин — целая роща тел. Человек шесть еще стонали.
Чара долго смотрела на них, и не понять было, о чем думала. Неймир снял с плеча лук, наложил стрелу.
— Не нужно, — удержала его Чара.
— Не по-людски это, — сказал Ней. — Так волки делают, а не люди.
— А дезертировать — по-людски? Бросить спутников, как Бирай бросил нас?
— Тоже нет, — признал Неймир и опустил лук.
Они двинулись дальше и теперь оба думали об одном: по-людски было бы отступить. Волки Севера бьются ради смерти, собаки императора — тоже. А люди Запада дерутся за добычу и свободу, но не затем, чтобы убить любой ценой. В том и разница меж людьми и волками.
Ганта Корт — вожак их гана — встретил парочку в просторном шатре. Радушно поднялся им навстречу, каждого хлопнул по плечу, потрепал короткие волосы Чары.
— Мои лучшие! Как я рад вас видеть!.. Садитесь, дайте отдых ногам.
Они уселись, отложив в сторону оружие.
— Ты разжился шатром, ганта? Когда бежали от Мелоранжа, ничего у нас не было.
— Конские шкуры, — осклабился Корт. — От мертвой лошади бывает прок. А еще вот, угощайтесь.