Я её немного отодвинула:
— Долика, ты же меня сломаешь сейчас! У тебя волшебная сила, а я обычная девочка.
Она меня отпустила, смеясь. Я её узнать не могла: резвилась Долика. Кругом были солдаты, а она веселилась и лапилась, как и Тяпка, — Тяпку поймала за передние лапы и пыталась поцеловать в нос, сколько позволяли фарфоровые губы.
Как здоровая и весёлая девочка.
Она Тяпку отпустила — Дорин поймал, и Тяпка принялась ему вылизывать лицо. Прижились тут наши двойняшки, смотрите-ка…
— Дорин, отпусти собачку, беги за Клаем! — скомандовала Долика. — Скажи, леди Карла приехала…
— Как доехали, леди Карла? — спросил Гинли. — Устали?
— Так! — гаркнула я. — Мне умыться надо, я пыльная! И попить! Спасибо, я ужасно рада всех вас видеть, но я же пыльное чучело!
Долика поправила мне локон, выскочивший из-под гребня:
— Вы ужасно смелая, леди Карла. Знаете, многие живые бойцы и те боятся ездить на костяшках, а вы — прямо так… Пойдёмте в штаб, там вода есть и всё такое… для живых.
Я нашла глазами Илька:
— Спасибо тебе. Молодчина, мэтр Ильк.
И он кивнул наотмашь, взмахнув чёлкой.
А я пошла с Доликой, и Тяпка бодро потрусила за нами. Похоже, наша сумасшедшая дорога плохо на неё не повлияла. А провожали нас фарфоровые бойцы — не видела я рядом живых людей.
— А мы с Клаем взорвали рабора… ларабо… это место, где были гады, взорвали! — тараторила Долика, блестя опаловыми глазами, которые ощущались остро зрячими, несмотря на свою молочную белизну. — Ка-ак там шарахнуло! Клай говорит, там демоны были! И все подохли! А мессир Миль сказал, что мы герои!
Я поцеловала Долику в щёку:
— Ещё какие! Великие герои, про вас песни будут петь.
Она захихикала и снова меня обняла — пыталась себя контролировать, но всё равно хватка у неё была… не то что невесомые объятия Виллемины. И вот же интересно: от Долики несло таким непосредственным детским счастьем, что мне было слегка не по себе.
При штабе у них, оказывается, было что-то вроде квартиры для гостей. Обычная человеческая гостиная, за дверью угадывалась и спальня. Кто-то из фарфоровых ребят принёс воды в умывальник. Я так поняла, что обычно тут никто не живёт, а останавливаются именно штабные чины.
Простецы.
Зеркала здесь не было в принципе. Никакого, даже одного из тех маленьких квадратных зеркалец в жестяной рамке, перед которыми бреются солдаты. Я оценила меры предосторожности — и мысленно наплевала на собственный внешний вид.
Это неважно. Важно, что… как мне позвать Ричарда?
Но умываться было блаженно. И влажные кудряшки тут же выбились снова.
— Заварить вам травника, леди Карла? — спросил фарфоровый ординарец.