На привале стало тихо, разве что потрескивали дрова в костре. Том с беспомощным видом смотрел на Морейн.
— О чем горюешь, Том Меррилин? — улыбнулась Морейн. — Да, ощущения были весьма неприятные, но любому знакомы моменты подобного отчаяния. Я верила, что ты придешь.
Она высвободила руку из-под плаща, обнажив ключицу и худое бледное плечо, и потянулась к менестрелю. Том растерялся, затем взял ее ладонь и сжал в своей руке.
— А ты, Мэтрим Коутон? — взглянула Морейн на Мэта. — Как вижу, теперь ты не просто парнишка с фермы. Как глазница, сильно болит?
Мэт пожал плечами.
— Будь у меня такая возможность, я Исцелила бы тебя, — сказала Морейн. — Но даже будь я сильна, как раньше, я не сумела бы вернуть тебе глаз. — Она понурилась, отпустила ладонь Тома и подняла руку. — Ангриал у тебя?
— О да. — Том выудил из кармана странный браслет и надел его на запястье Морейн.
— С этим, — сказала она, — мне хватит сил, чтобы унять боль. Браслет надели на меня, чтобы я могла зачерпнуть больше Силы. Чтобы сочнее был корм. Вообще-то, такова была одна из трех моих просьб. Я и подумать не могла, что ее обернут против меня.
— Неужто они исполнили твои просьбы? — сдвинул брови Мэт.
— Я прошла через тер’ангриал, — ответила Морейн. — Древний договор соблюдается обеими сторонами, хотя после разрушения портала выйти не так-то просто. Я… по прошлому опыту я знала, что не сумею сбежать, если только вы не вернетесь за мной. И не важно, каковы мои просьбы и насколько аккуратно я их формулирую. Поэтому я хорошенько все обдумала.
— И о чем попросила? — полюбопытствовал Мэт. — За исключением ангриала?
— Пока что умолчу об этом, — улыбнулась Морейн. — Но ты, юный Мэтрим, заслужил благодарность. За спасение моей жизни.
— Выходит, теперь мы квиты, — сказал он. — Ты тоже спасла меня — от жизни в Двуречье. И чтоб мне сгореть, если с тех пор моя жизнь не неслась галопом.
— Как твоя рана?
— Болит, но не особо. — На самом деле в глазнице пульсировала жгучая и очень-очень сильная боль. — Незачем тратить на меня свои силы.
— Понятно. Все еще боишься Единой Силы…
— Боюсь? — ощетинился Мэт.
— И не без причины, думаю. — Морейн отвела взгляд. — Но помни: иной раз самые тяжкие испытания в жизни идут нам на пользу.
Да, она осталась все той же Морейн: что ни слово, так совет или назидание. Хотя… после всего, что ей довелось пережить, у Морейн было полное право читать нотации на тему страданий. О Свет! Она знала, что с ней будет, — и все равно затащила Ланфир в тот тер’ангриал? Похоже, герой здесь не Мэт и, может, даже не Ноэл.