— Мэт? — окликнул Том.
— Вы знали, что я вернусь, — громко сказал Мэт. Эха не было. О Свет! Какой же он огромный, этот зал! — Знали, что я припрусь в ваши треклятые пределы, да? Знали, что в итоге я окажусь у вас в лапах!
Том нерешительно опустил флейту.
— Покажитесь! — крикнул Мэт. — Я же слышу, как вы дышите и скребетесь по углам!
— Мэт! — сказал Том, положив руку ему на плечо. — Они не могли знать, что ты вернешься. Морейн, та уж точно этого не знала.
— Том, ты когда-нибудь видел, как ведут скотину на убой? — спросил Мэт, глядя во тьму.
Помедлив, менестрель отрицательно покачал головой.
— Каждый делает это по-своему, — сказал Мэт, — но вот животные всегда понимают: что-то не так. Они чуют кровь. Волнуются. Не хотят идти на бойню. Знаешь, как это исправить?
— Нам сейчас обязательно говорить на эту тему, Мэт?
— А вот как, — продолжил Мэт. — Надо несколько раз провести скотину через бойню, когда там все вычищено и не так сильно пахнет. Показать животным, что оттуда можно выйти. Пусть думают, что на бойне безопасно. — Он взглянул на Тома. — Они знали, что я вернусь. Знали, что переживу то повешение. Они много чего знают, Том. Чтоб мне сгореть, но так оно и есть.
— Мы выберемся, Мэт, — пообещал Том. — Морейн видела, что мы выйдем отсюда.
— Это без вопросов, — твердо кивнул Мэт и выудил из кармана игральные кости. — Проклятье, Том! Они же играют в игру, а я никогда не проигрываю! — А про себя добавил: «Вернее, почти никогда».
— Добро пожаловать, сын битв, — прошептали вдруг за спиной.
Мэт подскочил, разворачиваясь, выругался и обвел помещение взглядом.
— Вон там. — Ноэл указал посохом на фигуру у одной из колонн, частично освещенную желтыми полосами. Еще один Илфин — повыше, с более угловатым лицом. В его оранжевых глазах отражался свет факела.
— Могу отвести вас, куда пожелаете. — Теперь голос был резким и скрипучим. Илфин поднял руку, прикрывая глаза от света факелов. — За плату.
— Музыку, Том!
Менестрель снова заиграл на флейте.
— Один из ваших уже хотел, чтобы мы бросили инструменты. — Мэт выхватил из заплечного мешка очередной факел и зажег его от фонаря в руке у Ноэла. — Ничего не вышло.
Негромко рыча, Илфин отпрянул от нового источника света:
— Ты пришел договариваться, но настраиваешь нас против себя? Мы не заслужили подобного обращения!
— Не заслужили? — Мэт сдвинул шарф, обнажив шрам на горле.
Существо молча попятилось в темноту промеж колонн, и желтые огни теперь едва освещали его чрезвычайно угловатое лицо.
— Зачем ты хочешь говорить с нами, сын битв, — прошептал Илфин из теней, — если не намерен договариваться?