Начал с ящиков: хотелось понять, что именно Жирновский собирался передать абрекам. Шесть крупных, длинных, остальные поменьше — явно под мелкий груз. Часть стояла рядами у края стоянки, другие — свалены кучей. Некоторые были стянуты веревками, кое-где веревки уже сняли. Похоже, готовились к передаче и собирались «товар лицом» показать.
Крышки топором ломать не хотелось — если придется вывозить все это самому, целая тара пригодится. А если там оружие, я уж точно не допущу, чтобы оно досталось горцам.
Начал с ближайшего. Вставил нож в щель, чуть поддел, выбил деревянный штифт, удерживающий крышку. Потом осторожно помог кинжалом. Пару минут — и первая крышка послушно отошла. Я аккуратно снял ее и положил рядом.
Внутри рядами лежали полотняные мешки. На некоторых было накарябано: «пш», «ячм», «соль». Почерк корявый, но понятный, надпись чернилами. Пара мешков поменьше — с сушеным горохом и рисом.
— Ну, это ясно, — буркнул я. — Припасы. Себе или горцам. Разве не понятно, на кой черт они в ящик сгрузили это. Возможно, для сохранности, либо схрон планировали на будущее устроить.
Крышку вернул на место, перешел ко второму.
Этот тяжелее. Сначала сдернул кожаные ремни. С ним возился дольше: доски толще, щелей почти нет. Но и он не устоял.
Под крышкой блеснула промасленная бумага. Я аккуратно завернул край, под пальцами почувствовал холодный металл.
Вытащил знакомую игрушку: винтовка «Энфилд» образца 1853 года. Из такой прицельно можно бить метров до трехсот, если память не изменяет.
— Вот оно как, господин граф… — тихо сказал я.
В ящике винтовки лежали рядами, каждая завернута в промасленною бумагу. Посчитал: десять штук. Все новые, не стрелянные, можно сказать в консервационной смазке.
Интересно, это прямые поставки из Британии или какой-нибудь конфискат со времен Крымской увели у наших интендантов.
Если такие винтовки попадут в руки толкового полевого командира — крови казачьей эти ухари попьют немало.
В следующих ящиках — те же «Энфилды». Всего, выходит, три десятка.
В четырех ящиках поменьше — огненные припасы: капсюли, пули, бумажные патроны. Все упаковано добротно. Потом нашел штыки, сложенные отдельно.
Дальше пошло попроще. Один ящик с амуницией: ремни, подсумки, шомпола, кое-какие запчасти к замкам. В другом — свинец в чушках и пара бочонков с порохом. Остальные — в основном провизия и еще огненный припас к английским винтовкам.
Перешел к палаткам. И наконец-то добрался до самого любопытного.
В палатке, где квартировал Жирновский, обнаружился подозрительно тяжелый сундук. Углы окованы железом, замок присутствует. Ключ нашелся на шее у графа.