Подвел предварительный итог добычи, и у меня выходило следующее…
Три десятка английских нарезных винтовок со штыками. Четыре ящика патронов. Порох и свинец — на не одну сотню зарядов. С десяток неплохих револьверов и пистолетов. Из револьверов — парочка каких-то незнакомых мне кольтов, два Лефоше. Похоже, эта французская игрушка сейчас в особом почете. Особо меня порадовала почти сотня патронов шпилечных для нее.
К этому прибавлялись деньги: несколько мешочков серебра, горсть золота и приличная сумма в кредитных билетах. Плюс украшения, часы, бумаги и документы графа.
Пересчитывать кассу я не стал — просто сгреб все ценное, что снял с тел, в тот же сундук. Так набил, что крышку еле закрыл.
Теперь все это добро лежало вокруг меня аккуратными кучками, уже рассортированное. К этому времени окончательно рассвело. Хан тревог не подавал, и я решил спокойно подкрепиться.
С удовольствием похлебал немудреной похлебки. Остаток, еще горячий, прямо в котелке убрал в сундук — на ближайшем привале будет чем подкрепиться.
Вскипятил чай. Небольшой запас приличного листового нашелся в палатке у Жирновского, в его дорожной сумке — грех было не воспользоваться, да и у меня с собой был намного проще. У сего сиятельства даже набор походный для приготовления кофе имелся. Небольшая турка на пару чашечек, кофемолка ручная и около килограмма кофе в зернах. Этой находке я был особо рад, но пока устраивать тут кофейню не стал.
Потом глянул на палатки и понял: бросать такое добро моя внутренняя жаба мне точно не простит. Будет потом неделю по пятам ходить, на мозги давить. Надо их сворачивать и забирать.
«И что мне теперь со всем этим хозяйством делать?» — спросил я сам себя, обводя взглядом приличную кучу вещей.
Предстояло срочно решить, что именно я постараюсь увезти, а что придется бросить или уничтожить на месте. А ведь еще неподалеку стоял целый табун из 26 лошадей, их судьбу тоже предстояло решить здесь и сейчас.
Глава 2
Схрон в скале
Предстояло разобраться не с самой простой задачей: что делать со свалившимся на меня хабаром. До кучи левая рука толком не работала. Грузчик из меня сейчас работничек так самый справный. Рука висела на груди в перевязи, дергать ее лишний раз не хотелось — от греха подальше.
Я вспомнил, как уже использовал сундук, когда грузил тела абреков на лошадей и вез раненого Аслана в станицу. Тогда без двух рабочих рук я бы точно не справился.
Эх, угораздило же нарваться на пулю от этого ждуна-недоумка. Все же шло как надо — и не доглядел. Не первый раз, к слову, ни в этой, ни в прошлой жизни. Бывало, уже похожим образом вляпывался. Надо собраться и перестать допускать такие банальные ошибки: пуля вполне могла не по плечу чиркнуть, а голову снести.