Мне интересно, как он это устроил… И что он делает сейчас? Я все еще думаю о нем каждую минуту. Не могу с этим справиться.
Ингренс, Ингренс, Ингренс…
Сейчас понимаю, что наш брак был обречен с самого начала, слишком много неправильного. Думаю, Ингренс понимал с самого начала. А я…
Конечно, нет. Я не хотела видеть. Сейчас я осознаю, что мы немного притворялись. Или много? Притворялись, что мы обычные молодожены, что проблем нет… Но наш союз никогда не был «обычным» в широком понимании этого слова. Он — король, чудовище Лисагора, жадный до крови, скованный клятвами и собственными особенностями. А я недодракон с кучей страхов и папой на карауле в придачу. И союз наш был то ли деловым, то ли…
Я не знаю.
Интересно, Ингренс станет моим последним мужчиной? Я смотрю на Драконов и думаю, могу ли… Кудрявый шатен подходит ко мне в третий раз. Лорд Дорасеус. В темных глазах горит неприкрытый интерес. Без смущения задерживая взгляд на моих губах, Дорасеус чуть дольше положенного держит меня за руку.
— Полюбуйтесь со мной на цветы, леди Кларисса.
Он подставляет мне локоть. Этот как-то ловчее других, удачно отодвигает более неповоротливых соперников, неуловимо напоминая мне Ингренса.
Я так соскучилась по нему… Поднимаюсь, согласно укладывая руку на мужской локоть. Через несколько минут Дорасеусу удается даже меня рассмешить.
Сотый день не замужем
Сегодня день рождения Ингренса. Самый ледяной король родился в разгар лета, когда солнце не спешит закатываться за горизонт, а мир захвачен сочным зеленым, нежным голубым, ярким желтым…
Я предполагала, что день будет трудным сразу вдвойне, даже подготовилась — наметила список дел, расписала буквально каждый час. Но, как только проснулась, все пошло не так. Оболочка отказывается функционировать без него. Руки и ноги двигаются неохотно. Рот не понимает зачем есть, говорить, а глаза — не понимают, зачем смотреть. Зачем надевать это платье, зная, что он не увидит? Зачем смотреть за окно, если я не увижу его? Мои планы, дом… Я не хочу их. Не хочу ничего. Никого. Наверное, и мужчины это чувствуют… Все поклонники под разными предлогами исчезли. Даже Дорасеус, который ухаживал настойчивее всех, писал, прилетал — пропал. Испарился… Неважно. Все равно мне нужен не он. Не они. Никто, кроме Ингренса. Я готова сдаться. Как? Не знаю… Как угодно. На сотый день мне сложнее, чем на третий, как будто я заканчиваюсь, будто абсолютно иссяк запас его объятий, поцелуев, все полностью истрачено, и я умираю без крупинки… его. Под кроватью лежат письма, которые я не отправила. Я истекаю этими письмами, бесконечными строчками, как кровью. Когти, крылья… Зачем? Мне уже все равно.