Он дарит мне традиционный колокольчик, украшенный зелеными нитками и красными бусинами — символы весны.
Шатена тут же смещает блондин.
— Леди Кларисса, со всем уважением примите от нашей семьи…
Сзади заходит третий.
— Весенней радости, леди. Как поживаете?
Они разговаривают со мной так, будто я самая привлекательная женщина в стране. Теперь я — заманчивая невеста с огромным приданым, та, кто заключил выгоднейший брачный договор с правящим Драконом. О том, что наш договор был неконсумирован, знают все — и уважают наш род еще больше. Афера Ингренса совершенно удалась, Запад принял его. Он провел всех их, снова.
Я уже знаю, как это случилось в первый раз. В один из тех счастливых дней, я решила задать Ингренсу особенный вопрос, который в той или иной форме задаёт каждая влюбленная женщина.
— Ты бы за меня сразился?
В тот момент я гладила мужскую грудь, то одну сторону, то другую, перебираясь по гладким холмам широких мышц от ключиц до маленьких розовых сосков. Кожа под пальцами ощущалась шелковисто-атласной, и я никак не могла остановиться. Почему-то от него опять вкусно и свежо пахло мятой.
— С кем? — ответ был деловит и лаконичен. Это означало, что мой король всех льдов не мечтал беседовать на отвлеченные темы. Или конкретно на эту тему. Или конкретно сейчас.
А мне надо было эту и сейчас. И чтобы он ответил «да». Я хотела, чтобы Ингренс подтвердил, что всех бы заломал, с любым бы сразился, потому что он меня лю…
В общем, даже детям понятно, зачем задают такие вопросы!
— Например… с Хрисанфром!
Я наблюдала за непроницаемым лицом с затаенным ожиданием.
Сейчас… Сейчас он скажет…
— Нет, — последовал короткий неромантичный ответ.
Скуксилась.
— Значит, ты бы от меня отказался?
— Нет.
— Отказался бы, если бы ты не сразился… — заметила я с разочарованием.
— Я бы его арестовал, — без энтузиазма бросил Ингренс, с заметным усилием включаясь в мою игру.
— А если бы не смог?
— Обманул. Послал в другую сторону.
— А если бы не удалось обмануть и арестовать, сразился бы?
— Нет, — с нажимом ответил Ингренс и поднял на меня леденеющий взгляд. Я немного струхнула, но не отступила.
— Тогда он бы меня забрал.
— Я мог бы выставить вместо себя хорошего бойца, — прокомментировал мой король, суровея на глазах. Взгляд его уже не предвещал ничего хорошего. Но я очень-очень хотела добиться хоть какого-то признания.
— А если бы бойца не было?
— Тогда дал бы забрать, — ему надоело. — После нашел бы метод вернуть тебя. Или убрать его.
Ответ меня совершенно не устроил.
— Ренс, мне просто нужно, чтобы ты сказал, что сразишься за меня, — расстроено объяснила.