— В общем, рад приветствовать вас в Брянске. Повезло вашим людям, что мои парни проезжали мимо, а то так и занесло бы песком, — усмехнулся Державин. — У нас тут техника от песка быстро глохнет. Фильтры забиваются, мотор дохнет моментально. Сами-то вы московские, как я понимаю?
— Родом из Москвы, — ответила Юлия, — но сейчас временно проживаем в другом месте.
— Читал в газетах, что случилось с вашим главой рода и наследником. Мне очень жаль. Негодяи должны понести наказание.
— Да, большая потеря, — сказал я. — Но насчёт наследника газеты ошибаются. Он жив-здоров и сейчас находится перед вами.
— Это большая удача, что вам удалось выбраться из той заварушки, — произнёс Державин. — Ну а что вас привело в наши края. Парни, которых мы встретили в пустыне, сказали, вы ищите некое кочевое племя, затерявшееся брянских пустошах.
— Клан, которому раньше покровительствует наш род, поехал на юг и пропал. Разведчики проследили его до Брянского округа. Но потом они наткнулись на каких-то кочевников, которые их дальше не пустили. Мы предполагаем, что наши остановились где-то в окрестностях, и собираемся их отыскать.
— Что за клан? Как называется? Ваш, я имею в виду. Вдруг я что-то слышал о них?
— Дети бури.
— Нет, о таких слышу впервые. Вы уверены, что они двинулись в нашем направлении?
— Разведчики опрашивали кочевников по пути сюда и установили примерный их маршрут, — сказала тётя. — Мы точно не знаем, разумеется, куда они подались, но след обрывается под Брянском.
— Ясно. Тогда давайте объясню, что к чему. Южнее вам искать нечего. Оазисов там нет — только пески. Рядом с реками и на морском побережье находится несколько небольших городов — и на этом всё. А если и есть где-то места обжитые, они давно захвачены казаками, татарами и всякими южными племенами. Они все до ужаса терпеть друг друга не могут, дерутся за каждый клочок пастбищ, да и нас, имперцев, не жалуют. Нередко людей в рабство берут, а то и просто убивают всякого, кто на их земле случайно окажется. Поэтому крайне не советую встречаться с ними.
— Под Москвой ситуаций не лучше, — заметил я.
— Не скажите. Под Москвой все кочевники князьями контролируются. Стычки иногда случаются, но лютуют редко. Поверьте мне, человеку, который прожил в Брянске с самого рождения: здесь значительно хуже. Южнее, вёрстах в семидесяти отсюда обитает племя одно, называют себя «Тенями пустыни». Злые, как черти. Мы с ними не бодаемся. Они сюда не суются, мы не лезем к ним. Хотя нет-нет, да борзеть начинают. Тогда, понятное дело, получают по морде и сваливают к себе. Но там, на юге, никакой власти нет, кроме них. Они держат у себя десяток оазисов, занимаются работорговлей, контрабандой и всем, чем придётся. Рабов через Балканы на запад. Дело считается выгодное. Так что если ваш клан на их землю ступил, возможно, их уже перебили, а кого не убили, в цепи заковали и отправили на невольничий рынок. Таков расклад. Я объяснил, как есть, не обессудьте, — Державин достал пачку сигарет и закурил. — Мне искренне жаль. Надеюсь, что ваши люди всё-таки двинулись в другом направлении.