По моему настоянию, отставшие общины подтянулись вперёд и организовали один огромный лагерь, окружённую машинами и прицепами. Защищать такой большой периметр представлялось делом непростым, но другого выхода у нас не было. Каждая община на своём участке выставила часовых, и мы надеялись, это поможет. Елена постоянно мониторила окрестности с помощью эфирного шара, но ей тоже требовался отдых.
В ходе сражения клан снова понёс потери. В нашей общине оказались трое раненных осколками. В других дела обстояли хуже, там были убитые. Пусть немного, но даже это стало трагедией для их семей. Зато нескольких «призраков» взяли в плен. Слава захватил двоих — тех самых, кого бросили свои. Сами сдались. Это были хорошие новости, поскольку мы их могли обменять на наших.
Вечером мы с тётей Юлей, Петром Борисовичем, тремя старейшинами и семью главами общин собрались возле дома Богатырёвых. Я настоял, чтобы присутствовали все, поскольку хотел сделать всенародно объявить о своих планах. К тому времени Богатырь, как оказалось, уже узнал, кто я такой на самом деле. Тётя решила открыть ему тайну, чтобы не возникало лишних вопросов. Другие пока не знали, но мне казалось, долго секрет не сохранится.
Так или иначе, нам срочно требовалось решить, что делать дальше. Промедление было недопустимо. Завтра, а, возможно, уже сегодня ночью атака могла повториться. «Призраки» понесли большие потери, но никто не мог сказать точно, как они поступят. То ли угомонятся, наконец, то ли разозлятся ещё сильнее. Все опасались худшего варианта. Главы общин и старейшины были реалистами, они привыкли жить в жестоком мире и иллюзий не питали, как, собственно, и я. И только тётя Юля наивно полагала, что враждебный клан успокоится. Зачем им лезть на рожон, рассуждала она, зачем терять ещё больше людей?
Перед главами общин и остальными старейшинами я также назвался представителем князей Скуратовых и объявил о том, что те желаю переселить Детей бури на Урал. Среди собравшихся пробежал ропот, люди стали спрашивать, как мы туда доберёмся, какова там обстановка. К сожалению, я мало что мог сказать, особенно по поводу предстоящего пути. По-хорошему, вначале следовало разведать маршрут, определить территорию для заселения, но мы просто-напросто не успели подготовиться. Поэтому я напирал на то, что в этих краях гораздо опаснее, чем на Урале, что земли возле моря заняты, а дорога туда лежит через территории воинственных племён, вроде Призраков пустыни.
Был вечер. Мы сидели при свете костра. Отблески огня плясали на суровых лицах, глядящих на меня с недоверием.