— Как тебя зовут, Алладин? — спросил я.
— Барозмон, — буркнул он.
— Ну вот и хорошо, Борзый, значит, будешь. Слухай сюда внимательно, Борзый, — я подался вперёд. — Ща мы с тобой по-базарим по-людски.
— Давай… — он явно хотел ляпнуть на «ты», но быстро поменял тон. — Давайте попробуем.
Я заметил, как он положил на стол свою «коробочку». Похожие я видел почти у каждого ученика.
— Давать жена будет, Борзый. А я вопросы буду задавать, а ты отвечай. Это чё за пейджер такой? — я ткнул в «коробочку» пальцем.
— Это… смартфон, — ответил он.
— Труба, что ли? Телефон?
— Ну… типа того, только умный.
Я промолчал и не подал вида, что удивился… «Умный» телефон? Прикольно, раньше-то какие мобильники были — кирпич в полкило, антенна торчит, зарядки хватает на десять минут. Прогресс, что называется, семимильными шагами.
— Слышь, Борзый, а умный почему? — спросил я.
— Не знаю, — честно признался пацан.
Я не стал задавать уточняющих вопросов. Интересно, правда, сколько ещё таких сюрпризов будет впереди?
Я откинулся на скрипучем стуле, переплёл пальцы на животе и перевёл взгляд на Борзого.
— Ну что, Алладин, — начал я. — Какой сейчас год?
Он моргнул, будто не понял вопроса.
— Две тысячи двадцать пятый, — сказал ученик неуверенно.
Я чуть подался вперёд.
— Где школа стоит?
— Краснознаменск… — в его глазах мелькнуло недоумение. — Вы меня стебёте, Пончик… то есть Владимир Петрович. Можно я такие вопросы пропущу?
Стебал как раз он — меня. По крайней мере, активно пытался это делать.
— Можно Машку за ляжку, — отрезал я. — Еще раз Пончиком назовешь и…
Я огляделся, выбирая вид наказания.
— Че, два в журнал поставите? — хмыкнул Исмаилов, ерничая.
— Ну не только, — мой взгляд остановился на металлическом штыре, на котором были нанизаны блины для штанги, и я кивнул на него. — Вот этой приблудой тебе в башке дырку проковыряю. Или в одно ухо засуну, а в другое высуну.
Исмаилов аж в кулак кашлянул. Я же развил эффект.
— Короче у тебя вариантов всего два: ответить быстро и ответить ещё быстрее. Я после больнички не отошёл, клинит меня, как контуженного. Сначала делаю, потом думаю. Прикинь нежданчик? Так что не испытывай, Борзый.
У пацана аж кадык дёрнулся. Исмаилов сглотнул, будто у него ком поперёк горла встал.
— Ладно… спрашивайте….
Я подумал, прежде чем спросить.
— Кто у нас президент? Страна за кем?
— Путин, — ответил тот без заминки, как на автомате выдал.
— Не фуфло тулишь? — я вскинул бровь. — А Борис где?
— Э… какой? — удивился пацан.
— Николаевич который.
— Хрен его знает… Владимир Владимирович уже двадцать пять лет страной правит.