— Господь даст, переживём, — ничуть не обиделся на полученную отповедь Фрол и вновь взялся за лопату.
12 октября 1611 года от рождества Христова по Юлианскому календарю.
— Что-то важное, Фёдор Борисович?
— Важное, — я подержал в руке свиток, задумчиво посмотрел на Скопина-Шуйского, Сефер-пашу, Никифора. Нет, проще самому рассказать, чем ждать пока эти трое прочтут. Князю о произошедшем по должности знать положено, Сефер практически хан, что равнозначно удельному князю, а Никифор уже давно из простого рынды превратился в ближайшего соратника и советника. Я и так своего начальника охраны по возвращению в Москву в Малый государев совет ввести собирался. — На союз с грузинскими царствами против султана мы можем больше не рассчитывать. Впрочем, как и на шаха Аббаса тоже.
— Неужто турки персов разгромили⁈ — охнул Никифор, поднимаясь с циновки брошенной на траву. Скакали мы налегке, даже царский шатёр оставив под Азовом. Вот и приходилось, покуда до обжитых мест доберёмся, всем на свежем воздухе у костра ночь коротать.
— Да нет, — скривил я губы, машинально комкая бумагу. — Не всё так плохо. Но и хорошего мало.
Грузинский гонец имеретского царя Георгия III догнал нас на полдороге из Азова к Воронежу. Собственно говоря, сначала грузинский азнаур приехал к Азову, рассчитывая застать царя московитов у стен города и лишь затем бросился в погоню, надеясь догнать ускакавший накануне отряд.
А всё турецкий паша! Кто же знал, что Анвар мне такую свинью подложит; неожиданно накануне намеченного штурма город сдаст? Я даже расстроился поначалу. Столько времени на подготовку потерять, целую гору земли к стенам города пододвинуть, заставив врага решить, что главный удар будет именно там, подкоп под стены города с противоположной стороны прокопать, огроменную кучу пороха для заложенной мины натаскать. Столько времени потеряли. И всё впустую! И чего спрашивается почти целый месяц кочевряжился, шаровары на груди рвал, от баснословной взятки отказывался, если в итоге без боя город сдал?
Я даже сгоряча чуть было турецкую капитуляцию не отклонил. Ещё и на своих воевод наорал.
Накипело…
Хорошо Никифор, успевший изучить охраняемую им персону как облупленного, «принял мою сторону» и, ударившись в другую крайность, предложил не только немедленно начать штурм, но и вырезать там всех поголовно, чтобы впредь неповадно было с поклоном к царю-батюшке медлить. Тут я и охолонул, позволив мозгам в голове начать работать по назначению.
Как итог, паша со все своим войском убрался куда-то в сторону Кавказских гор, (все турецкие корабли, бывшие в Азове, я конфисковал в свою сторону, мстительно отказавшись выделить Анвар-паше хоть какое-нибудь плавсредство), а я сберёг от смерти и увечий немало своих воинов, попутно заслужив у довольных бескровным исходом осады казаков, славу везучего полководца. Среди донцов уже слухи пошли, что, вместе с царём в походы ходить одно удовольствие; можно богатую добычу взять практически сабли из ножен не вынимая.