Светозар на своего покосился. Его отпрыск сидит, голову понурив, на всех исподтишка поглядывает, кабы не кмет [опытный витязь] Дамир, сын воеводы Гордея — с кем тот иной раз обучался мастерству мечному — под лавку от страха бы бухнулся. Глаза прикрыл Светозар от досады. Нет, не от того, что сомневался — пестуны у его чад отменные, да и сам иной раз их натаскивал, с медвежатами бороться заставлял — иное его тревожило…
— Дамир! — кликнул Светозар кмета расторопного, как все на двор вышли да круг обозначили. — Владиславу,- на том слове как-то по особому голосом зацепившись, гаркнул, — помогать будешь.
Дамир, дружиннику тому лет девятьнадесять [19] верно уж минуло, даже своей радости не скрывал, что посадник ему дело такое важное доверил. С места подорвался, к юнцу подбежал. А того трясёт всего. Глазища голубые таращит, зубами скрипит.
В родной край идётся споро. Душа вперёд летит, а ты уже в догонку — поспевай только. Два с лишним лета уж прошло, как северская рать хазарскую границу со стороны восхода стерегла, в Козар [город Итиль, столица Хазарии] ходили, с арабами бились, много иного пережили, разное видели. А тут узнали — слухами земля полнится — что печенеги набеги на северщину по весне часто устраивали, что каган курский поход послал, малость тех осадить. Вот и напросился Гордей с другами своими встретиться, навестить потом родичей. Азат с ними пошёл, со своим умыслом.
Отомстили за свои обиды витязи — ишь чего вздумали степняки, полонить девок белокурых, делянки промысловые да веси грабить себе позволили. Чёрным вороньём затянуло небо над минувшим побоищем. Свежей плоти отведать вскоре нагрянут и волки, растащат мёртвых печенегов по своим логовам. Может и медведь придёт полакомиться свежатинкой. Заглянет на трапезу и стадо вепрей диких… А потом порастёт всё маками алыми, ковылём серебристым покроет место побоища. И тогда может, собравшись с силами новые, орды, позабыв о своём страхе, вновь покусятся на завидное.
Но пока, лишь река унесла вдаль рудистые струи — чиста вновь стала в ней вода — и ветер уж развеял чад от крадов павших северских, тризну правят дети Даждьбога, а в шатре хазарского тархана нет лада.
— Ты за этим шёл сюда?! Чтоб меня оженить?! А моё слово ничего не значит?! Я не собираюсь брать себе эту желтоголовую!- не имея сдержанности воскликнул Барс.
— Светозар честный богатур, и я не против с ним породниться. Или ты хочешь, чтоб я отдал его щенку одну из твоих сестёр?..Ты же малым жертвуешь — посадишь её в гареме и пусть ждёт твоей милости, а может статься, что она ещё и понравится тебе.