Но сейчас это тоже не имело значения.
Была церковь. И молитва. Орган. Хор. Ощущение света и драконы на витражах. Больше они не казались ни жуткими, ни пугающими. Напротив, теперь под крыльями их было спокойно.
Был поцелуй.
И аплодисменты. Поездка по городу. Ветер, что норовил содрать фату, а вместе с ней и волосы. Лука, мрачно заявивший, что лысая жена ему без надобности, а потом долго выбиравший из этих волос сто одну шпильку.
Торжественный ужин. Тосты. Танец.
И желание сбежать, которое крепло с каждой минутой. Когда оно стало почти невыносимым, Милдред спросила:
— Может, ты меня все-таки украдешь?
А утром он сказал:
— Мне тут предложили возглавить отделение в Тампеске. Там порядок надо навести. Многое после внутренней проверки вскрылось, да… Ты как?
Он смотрел с тревогой. И…
Почему бы и нет?
В органах нацбезопасности, конечно, обещали многое, но и потребуют они не меньше. А Милдред устала. Она только сейчас и здесь начала понимать, насколько устала. И что по сути никогда-то не жила просто для себя. Чтобы вот так проснуться и лежать, разглядывая своего мужчину.
Рисуя на подушке узоры. Вытаскивая крохотные перья и не думая о чужом безумии. Об очередном чужом безумии.
— Возьмешь? — Она положила голову ему на плечо.
А кошмары больше не снились. То ли потому, что Милдред знала, как оно все случилось. То ли просто она больше не спала одна.
— Без тебя не поеду.
— Тогда поедем со мной. — Она прилепила перышко на его плечо. — Знаешь, все будут говорить, что я получила место, потому что сплю с начальником.
Лука помрачнел. А она не удержалась и щелкнула его по носу:
— И, видит бог, будут правы…
Над его чувством юмора следовало бы поработать. Но… потом, в Тампеске… город не такой маленький, но и не слишком большой. Кажется, от слишком больших городов Милдред тоже устала.
— Идем. — Томас тянул меня за руку, и я шла, хотя идти с закрытыми глазами по горной тропе — так себе удовольствие, мягко говоря, ниже среднего. Нет. Он не позволит мне споткнуться или упасть, это я уже знала и даже привыкнуть успела к всеобъемлющей его заботе. — Уже недалеко… вот тут, осторожно…
Пахло камнем.
Дождем, что прошел недавно, а воздух еще не успел растерять всю влагу. Она пропитала пески и запуталась в паутине.
— Вот тут… стой. Можешь снять повязку, — разрешил Томас, но меня не выпустил.
Стоит за спиной. Держит за плечи. И страхует. И оберегает. И… как-то его порой слишком уж много, а самое отвратительное, что я привыкла.
И уже не помню, каково это — чтобы одной.
Повязку я стянула. Проморгалась и увидела дракона.