Дверь он попридержал.
Только руку в карман сунул. Он что, в нем револьвер носит? Милдред не удивилась бы. Как не удивилась тому, что напарник сделался молчалив и сосредоточен. Плечи его поднялись, тело будто наклонилось вперед, и в каждом движении теперь читалась готовность ринуться в драку.
Даже желание этой самой драки.
А ведь еще недавно она сказала бы, что Лука совершенно не агрессивен.
Внутри пахло кошками. Было темно. Тесно. Тоскливо. Контора явно переживала не лучшие времена. Милдред оценила и комнату с обшарпанными стенами, и столы, поставленные столь тесно один к другому, что не всякий человек сумел бы протиснуться между ними.
Горы бумаг.
Грязная посуда, почти скрытая под этими бумагами. Молодые парни, что устроились прямо на столе. Один что-то доказывал другому, размахивая руками, но, завидев гостей, замолчал.
— Вы к кому? — поинтересовалась женщина неопределенного возраста и столь же неопределенной, невыразительной внешности.
— К мистеру Фарлоу, — Лука уставился на парней.
И те стушевались.
По виду если не студенты, то почти. Милдред провела пальцем по ближайшей стопке бумаг и поморщилась. Хоть бы пыль смахнули…
И зачем все это? Чтобы создать иллюзию занятости?
А набирают вчерашних студентов, из тех, кому больше податься некуда и кто согласен работать за гроши, опыта ради и в надежде получить однажды то самое дело, которое принесет славу. И богатство.
Мистер Фарлоу еще пытался поддерживать видимость успешного дельца. Впрочем, шерстяной костюм его несколько вышел из моды, рукава обрели тот характерный лоск, который со временем появляется на любой одежде.
Особенно на той, которую часто носят.
Рубашка слегка посерела. А в булавке для галстука сверкал слишком крупный камень, чтобы можно было поверить, что это и вправду рубин.
— Да-да… я помню ту неприятную историю…
Стол занимал большую часть этого крохотного кабинетика, разделяя его на половины. На той, куда забился мистер Фарлоу, возвышалось огромное кресло с красной обивкой, на другой, доставшейся Милдред и ее напарнику, места хватило лишь для пары простых стульев.
Ко всему занозистых.
Милдред поморщилась. Не хватало на брюках затяжку оставить.
— Очень неприятную… а такой приятный молодой человек… я, признаюсь, как правило, не набираю персонал по объявлению… у нас много дел, так много… клиенты нас уважают… всегда рекомендуют, — мистер Фарлоу сложил ручки на столе. — И мы стараемся соответствовать, да… и помню, разрешения у него не было… какие-то проблемы с Ассоциацией, но мне он не сказал… сказал, что документы находятся на рассмотрении.