— Как приятно слышать, но разговор окончен. Продолжишь спор, Чжана будешь вспоминать как самого отзывчивого, доброго командира.
Фэн скорчила недовольную гримасу. Олег, насвистывая полузабытую песенку из прошлой жизни, отправился на опасную миссю.
Олег двигался на юго-запад, удаляясь от Лэнга. Впереди расстилалась земля, уже успевшая познать ужас войны. Чем дальше он уходил, тем сильнее менялся пейзаж. Зеленые рисовые чеки, еще вчера казавшиеся бескрайними, сменились выжженными полями, где возделывали бобовые культуры.
Огонь прошелся здесь недавно. Трава обуглилась, редкие деревья стояли черными головешками, протягивая к небу обгоревшие ветви. В воздухе висел тяжелый запах гари, смешанный с чем-то приторно-сладким, от чего у Олега на задворках сознания шевелилось нехорошее предчувствие. Он ускорил шаг, переходя на легкий бег, экономил ци.
Впереди могло ждать что угодно, и подходить к вражескому лагерю вымотанным было бы верхом глупости.
Первая деревня попалась ему через час пути. Вернее, то, что от нее осталось. Олег остановился на околице, вглядываясь в пепелище. Хижины, сложенные из бамбука и тростника, выгорели дотла. От них остались лишь почерневшие остовы да груды золы, в которой еще тлели угли. Пожар случился не больше суток назад.
Он шагнул внутрь, стараясь не наступать на обгоревшие остатки утвари. В магическом спектре деревня была пуста. Ни одной живой ауры, только холодный, затухающий фон смерти.
В центре деревни, у колодца, он нашел их. Много тел. Они лежали беспорядочными грудами. Не сожженные, огонь пощадил эту часть деревни. Но смерть пришла сюда иначе. Олег подошел ближе, вглядываясь в лица.
Крестьяне. Мужчины, женщины, старики и дети. Много детей. Все они были мертвы, но смерть их не была быстрой или легкой. На шеях каждого зияли рваные раны, словно кто-то вгрызался в плоть с чудовищной силой, вырывая куски мяса вместе с кровью. Тела были обескровлены, кожа приобрела мертвенно-бледный, восковой оттенок. Остекленевшие глаза смотрели в никуда.
Олег медленно обошел груду тел, стараясь не смотреть в глаза детям. У одного мальчика, лет десяти, на шее зияла особенно страшная рана, почти отделившая голову от туловища. Кто-то жадно пил из него, не заботясь о том, что жертва еще жива.
Вторую деревню он нашел через пару часов. Она тоже была сожжена, но здесь огонь уничтожил все. Даже колодец был завален обгоревшими бревнами. В магическом спектре пустота. Ни тел, ни призраков, просто пепел и тишина, наверное, увели «„консервы“» про запас.
Третья деревня оказалась хуже всего.