— Грубо, -отвечала она без особых эмоций. — Мне нравится, когда сильные пожирают друг друга без нашего участия.
Где-то в глубине души Олег прекрасно понимал: это еще не конец. Это даже не середина…
Ночь выдалась душной и тревожно тихой, из тех, что настораживают сильнее, чем откровенный шум. Немногочисленные стражники спали, кто-то дремал, кто-то лениво переговаривался перед сном, остальные находились на постах. Караул должен был прикрывать здание снаружи, но именно его убрали первым, тихо, без суеты.
Олег не спал, лежал на койке с закрытыми глазами, удерживая тело в состоянии полудремы, а сознание в ровной медитации, прогоняя ци по меридианам. Поэтому первые признаки беды он уловил сразу, не крик, а короткий, влажный звук, когда человеку перерезают горло, и воздух выходит из легких не через рот, а сквозь рану.
Следом раздался шум, уже не скрываемый. Быстрые шаги, глухие удары, чей-то сдавленный вопль, тут же оборвавшийся. Олег оказался на ногах прежде, чем сознание полностью поняло происходящее. Тут же взялся за меч, доспехи даже не попытался надеть, не было ни времени, ни смысла. С голым торсом парень выскочил в общее помещение и сразу понял, что это не обычная вылазка и не пьяная разборка.
В казармах действовал отряд профессионалов. Все в черном, но не в театральных балахонах, а в продуманном, практичном снаряжении: легкие доспехи из выделанной кожи, усиленной в районе груди, плеч и бедер темными вставками. Материал не блестел даже при свете ламп, шагов почти не слышно. Лица скрывали простые маски без символов и украшений, лишь широкие прорези для глаз. Ауры размыты, приглушены, словно покрыты тонким слоем тумана, работала какая-то техника сокрытия.
«„Ниндзя“» не сражались, а учинили резню. Стражников убивали прямо на койках, во сне или в момент пробуждения. В воздухе мелькали тонкие, едва различимые голубые полосы — «„воздушные лезвия“», рассчитанные на один точный удар. Несколько расчлененных тел уже лежали на полу, кровь расползалась по доскам, впитывалась в матрасы. Олег сразу вступил в бой.
Первый нападавший погиб, не успев повернуть головы, клинок вошел у основания черепа. Второй «„ниндзя“» попытался отскочить, сформировать магический жест, но Олег шагнул вперед и рассек ему живот, выпуская кишки наружу. В ответ по нему ударили сразу. Одно «„лезвие“» скользнуло по груди, вскрыв кожу, второе задело бок. Боль была терпимой. Где-то внутри неприятно хрустнуло ребро. Парень отметил: раньше такие попадания могли бы его убить, сейчас устойчивость против низкоуровневой магии достигла приемлемого уровня