— Джерард ещё не готов вести компанию.
Но где гарантия, что не пойдут дальше? Чувствовалось почти физически, как пахнет эта затея — влажно, прелой листвой, опасно. Как будто изначально задумывали выкинуть Джерарда за борт наследников. Эти люди способны на что угодно.
И тут мать, уловив что-то в воздухе, тихо предложила:
— Работай со мной.
Слова пахнули теплом, уютной древесной пылью, а на вкус были горьковатыми. Если разработать стратегию вместе, то в случае провала ответственность равномерно ляжет на двоих наследников сразу. Значит, никто не выбросит Джерарда из гонки. Логично, безопасно… правильно.
Но внутри что-то скрипнуло, будто недокрученный болт. Принять её помощь — значит снова примерить на себя удушающую систему «подстраховки», где всё главное решают старшие, а руки младшему оставляют только для черновой работы. Столько лет это давило, словно воротник, застёгнутый до боли.
Хватит. Больше терпеть невозможно. Столько сил вложено, столько подготовлено — осталось одно: время. Ещё год выдержать эту свистящую перед лицом бурю. Год — и приобретённые бренды наконец задышат полной грудью. Тогда первый провал превратится в первую победу, а любой, кто усомнится, подавится собственным сомнением.
Уже виделось, как наследник поднимается на вершину совершенно иначе — без старой плесени, без чужих указок. Своей силой. Своим умением.
Но этот год — решающий. И именно китайский рынок превращался в огромный туман, где рукой махни — пальцев не увидишь. Как шагнуть туда, где даже эксперты ходили ощупью?
Но тут внутри всплыло имя — Сергей Платонов.
Мысль хлестнула искрой: этот тип умудрялся с 80-процентной точностью предсказывать тенденции в здравоохранении. А если приложить его алгоритмы и к китайскому рынку… Кто знает, может, туман хотя бы чуть-чуть разойдётся?
— Закончил думы крутить? — голос Платонова прозвучал резковато, будто металл по кромке стола. Он выдернул из раздумий, оставив лёгкий привкус раздражения.
Раскрывать всё нельзя. Столько риска, столько семейной гнили. Пришлось начать издалека:
— Что-нибудь знаешь о китайском рынке?
Хотелось просто посмотреть на реакцию, уловить оттенки в голосе, понять — стоит ли идти глубже. Но Сергей вытянул уголок губ в усмешке — самоуверенной, ленивой, будто уже заранее видел, чем закончится разговор.
И за этой улыбкой, как всегда, шёл удар:
— Да. Сейчас довольно неплохо знаком. Китай всплыл в алгоритме.
— В твоём алгоритме…? Он что, глобальные рынки тоже читает? — слова едва не выскочили слишком резко.
Насколько было известно, его система была заточена под медицину. Но не успел спросить, как Сергей бросил фразу, от которой внутри всё холодком обдало: