Но на этом беды не закончились.
Ударил сырьевой кризис.
Сначала молочка. В прошлом году цены росли, как бешеные. Пришлось быстро брать фьючерсы — иначе остаться бы без поставок. Но стоило закончиться лету, как рынок перевернулся: избыток, резкое падение цен, и теперь огромные объёмы были куплены по максимуму.
А какао?
Там всё наоборот — ливни, Эль-Ниньо, гибель урожая. Цены росли так стремительно, что на графиках они выглядели, как вертикальная стена. Спекулянты влезали десятками и разгоняли стоимость до безумия.
— Второй промах, — произносили дяди уже не язвительно, а почти приглушённым, опасным тоном.
И эти слова стягивали грудь так, будто кто-то накинул верёвку и начал медленно затягивать узел.
— Ещё одна ошибка — и всё.
У семьи был закон: трёх промахов наследник не переживает.
И именно в этот момент прозвучало предложение, от которого воздух стал ощутимо холоднее.
— Может, поручить Джерарду стратегию по Китаю?
Китай… главный фронт. Там компания получала половину всей мировой прибыли. Там сходились интересы и кондитерского направления, и агрессивной экспансии кормов.
Любой другой раз такое назначение пахло бы победой. Почти коронацией.
Но теперь… Теперь внутри лишь шевельнулась тревога, как тень от крыла хищной птицы.
Слишком многое вокруг Китая стало зыбким. Страна была огромной, но её экономике уже слышался хриплый, неудобный надлом.
Глухим гулом отдавалось в висках: стране требуется срочно свернуть с разбегающегося производственного пути и шагнуть в сторону экономики потребления. Но в воздухе, тяжёлом, будто после дождя, витало сомнение — справится ли она вообще с таким поворотом. На Уолл-стрит шептались уже почти с тревогой, называя Китай «диким козырем», картой, что способна перевернуть весь стол одним махом.
Сделать прогноз? Почти невозможно. Размышления звучали внутри сухим шорохом бумаги: продолжать ли расширение? Потянет ли народ страны безудержно дешёвое, или настало время выкатывать линейку премиум-брендов? А этот скользкий курс юаня — куда его снова занесёт завтра? Вопросы росли, как сорняки после летнего ливня — цепкие, колючие. Даже спецы разводили руками: ясности ноль.
Всё это досталось… по причине более чем прозрачной. Слишком уж непредсказуем стал китайский рынок. Дядюшки, будь они на моём месте, точно бы угодили в ту же яму — и это было бы ещё мягким итогом. Но вот если Джерарду удастся… Если вдруг прокатит… Тогда они выставят себя мудрыми старцами, выбравшими правильного человека. А если свернёт не туда — на голову обрушится весь груз обвинений. И скажут без малейшего дрожания в голосе: