Вслух же говорю:
– Нет, что вы! Какие проблемы, если он – такой же босс, как и вы!
– Ну и отлично. А то этот засранец может, – смеется Иван.
“Это точно. Засранец. Всегда таким был.”
– Я просто хотела уточнить на всякий случай, нет ли никаких ошибок и не подведем ли мы вас, выполняя поручения от того, кто явился и назвал себя владельцем отеля, – говорю чопорно. – Спасибо, что прояснили этот момент.
– Спасибо вам за бдительность! – не остается в долгу Иван. – Макс вроде не самодур, но слишком уж носится со своей собакой. Если почувствуете, что он перегибает палку, просто позвоните мне. А так – я постараюсь поскорее покончить с делами и прилететь на открытие.
– Спасибо, Иван. Хорошего дня!
– И вам!
Он отключается, а я делаю несколько глубоких вдохов.
Итак, мы имеем следующее:
а) я заключила договор на оказание клининговых услуг с новеньким отелем;
б) Иван Долинин и Максим Горский – совладельцы этого отеля;
в) я заменила одну из сотрудниц, которая так не вовремя сломала ногу, и теперь Макс думает, что я – обычная горничная.
Ве-ли-ко-леп-но!
Нет, я, конечно, могу обратиться к Долинину, чтобы он внес ясность на мой счет. Или ткнуть договором в самодовольную рожу Максима самостоятельно. Но зачем? Разве мне не все равно, что он думает обо мне и думает ли вообще?
“Все равно”, – заключаю я. И подобие решения действует как гора с плеч.
У меня есть план, и я должна придерживаться его, невзирая ни на какие обстоятельства. И ни один бывший не заставит меня отступиться. Тем более Макс Горский.
***
До самого обеда я не наблюдаю ни самого Макса, ни его расфуфыренную подружку. Наверное, отдыхают с дороги. Тем лучше для меня. Я почти забываю об этой встрече, погрузившись в привычную работу: раздаю распоряжения своим сотрудникам, намечаю план действий на завтра. Хочется поскорее выработать оптимизацию рабочего времени, структурировать задачи – такой крупный заказ у нас впервые, и для меня всё пока ново.
Я сверяюсь с журналом регистраций заездов на завтра на стойке ресепшн, чтобы девочки успели подготовить номера своевременно. Краем глаза вижу собаку Макса – она как раз выходит на улицу, явно ведь не одна. И мне становится легче дышать: хоть на короткое время я могу не бояться столкнуться с ним где-то в холле или в коридоре.
Проходит обед. Я бегу по своим делам, когда слышу капризное:
– Эй, ты!
Удивленно поворачиваюсь и вижу мамзель Горского – блондиночку в розовом горнолыжном костюме.
– Это вы мне? – спрашиваю, приподнимая бровь.
– Да, тебе, – брезгливо поджимая губы, кивает она.