Меня тошнит от его слов и я уже готова просто выцарапать эту метку. Так и сделаю, если Шафар не оставит мне выхода.
А он приближается шаг за шагом, уменьшая расстояние между нами. И площадь пуста, судебный посланник давно испарился. Только ветер гонит снег.
На висках выступают капельки пота. Прерывистое дыхание поднимает грудь. Я уже даже не боюсь, а просто умираю от гнева и желания вырваться из ловушки.
Муж приближается вплотную и поднимает мой подбородок пальцами, затянутыми в перчатку.
– Конечно, ты будешь хорошей девочкой. Разве метка даст тебе выбор? У тебя его не было изначально, Лу. Я об этом позаботился.
Он наклоняется и меня окатывает запахом виски и его дорогого парфюма, который вызывает приступ острого отвращения.
Я зло улыбаюсь, потому что придумала, как сейчас отделаться от этого павлина.
Семейной ласки захотел, урод? Будет тебе ласка.
Тянусь к сумочке, хотя к рукам будто привязаны гири. Пальцы деревянные и не слушаются. А в глазах темнеет.
Но мне бы вытащить булавку. Воткну ему в глаз.
Сопротивление стоит мне последних сил и я чувствую, что слабею.
Поэтому не сразу замечаю, как за спиной мужа появляется высоченный молодой мужик в черном плаще с капюшоном.
Мой муж это холодная стальная скала. Именно таким я знала его все три года. Поэтому я удивленно вскрикиваю, когда незнакомец без предупреждения хватает его за плечо, разворачивает и сразу бьет массивным кулаком в лицо.
Кажется, я слышу звук хрустнувшего носа, а может мне мерещится. В голове туман, но метка немного отпускает.
Свобода, да? И я чуть не падаю на онемевших ногах.
Мужчины дерутся, по-простому, по-солдатски. Вот Шафар впечатывает кулак в челюсть неожиданного спасителя.
А спаситель ли он?
Я делаю несколько шагов назад, готовая удирать. Но любопытство перевешивает страх и я задерживаюсь на секунду.
Драконы рычат, лица принимают звериные черты, а драка становится слишком жестокой. Случайные прохожие спешат пройти мимо, и почему-то на горизонте не видно ни одного блюстителя закона или стражника.
Я больше не медлю и покидаю площадь. Завернув за угол, энергично шагаю ко входу в больницу.
А в памяти отпечатался образ незнакомца. Он настоящее олицетворение драконьего огня: горячий, подвижный, по животному жестокий. Глаза страшные своим расплавленным серебром.
Я видела его в день свадьбы, он пытался похитить меня.
Зачем этот мрачный псих преследует Луизу? Становится страшно, совсем не хочется попасть из огня да в полымя.
Я подхожу к стойке администратора и прошу записать меня на прием к целительнице Гром.
– На что жалуетесь? – девушка в форме медсестры с удивлением смотрит на меня.