— Кха-кха, — мы с Сашей резко развернулись в сторону двери. Мои размышления прервала маленькая женщина со слегка удивлённым лицом, заглядывающая в комнату.
— Да, Аллочка, — улыбнувшись широкой улыбкой, сказал Саша.
— Вы меня, конечно, извините, но у вашего пациента сахар может быть ноль восемь? — спросила она. — Я несколько раз повторила анализ, но он показывает одно и то же. Вряд ли это может быть ошибкой. Остальные показатели ещё в работе.
Я медленно повернулся в сторону фельдшера.
— Да, Саша, у нашего пациента может быть настолько критически низкий сахар? — спросил я прищурившись.
— Эм, — он на мгновение задумался, а потом бросился к столу, набирая в шприц глюкозу.
Один полный шприц, второй… Саша ещё не закончил вводить вторую порцию глюкозы, как мужик открыл глаза и уставился на нас мутным взглядом. Я пощёлкал у него перед носом пальцами, привлекая внимание.
— Тебя как зовут? — спросил я, внимательно отслеживая реакцию. Всё-таки я оказался прав изначально, это был не инсульт.
— Вовчик, — прохрипел мужик. М-да, похоже, длительное голодание никак не повредило мозг. Там, похоже, нечего особо повреждать.
— Где ты находишься, Вовчик? — продолжал я его расспрашивать.
— В больничке, — просипел он, приподнимаясь на локтях и внимательно оглядываясь. — А какого хера я в больничке? Так хорошо сидели же…
Я заметил, как Саша закатил глаза, помогая медсестре, имени которой я ещё не знал, заряжать систему. Похоже, они сами знали, что делать. Но всё же перед тем, как ввести в бутылку лекарство, медсестра подошла ко мне и показала ампулу. Это был сосудистое средство, лёгкий мозговой стимулятор. Саша тем временем измерил глюкозу крови портативным прибором, который показал ровно три. Маловато, но уже не так критично.
— Сначала просто глюкозы пятьсот, потом это, — распорядился я и снова повернулся к Вовчику, внимательно его осматривая. Что-то было в нём не так. Но что, я никак не мог понять.
— Сколько пил? — задал я ему очередной вопрос.
— Сейчас или вообще?
Я посмотрел на мужика с уважением. Не слабо, надо сказать.
— Стаж меня не интересует. Сколько выпил, пока вы так хорошо сидели?
— Ну, не знаю, — он задумался. — Две бутылки или три? Я не помню.
— На сколько человек? — я решил всё же уточнить этот момент.
— На каждого, — мужик нахмурился, будто я оскорбил его в самых лучших чувствах. И тут он переполошился. — Я не помню, сколько было бутылок. Что со мной, доктор? Я умираю?
— Все мы когда-нибудь умрём, — философски заметила медсестра.
— Ты пил сколько дней? — с другой стороны к каталке подошёл Саша.