— Предлагаю отправить всех, кроме двоих. — От беззаботного тона Сури у меня по позвоночнику пробежал холодок. Брюнетка тем временем принялась постукивать длинными костлявыми пальцами по столу, и кольцо с огромным изумрудом засверкало в солнечном свете. — Шесть кадетов могут лгать так же хорошо, как и восемь.
Восемь.
Ксейден, Гаррик, Боди, Имоджен, трое меченых, чьи имена я не успела узнать, и… я.
К горлу подкатила тошнота. Военные игры. Мы должны были завершить последнее состязание года в квадранте всадников Басгиата, а вместо этого вступили в смертельную схватку с существами, которых еще на прошлой неделе я считала вымышленными. А теперь мы… что ж, теперь мы здесь, в городе, который вроде как не существует.
Но не все мы добрались сюда.
Горло перехватило, и я моргнула, потому что глаза вдруг стало жечь. Солейл и Лиам не выжили.
Лиам. Светлые волосы и глаза небесно-голубого цвета тут же пришли мне на память, и в груди разлилась тоскливая боль. Его веселый смех. Его мимолетная улыбка. Его преданность и доброта. Все это исчезло. Лиама больше нет.
Всё потому, что он обещал Ксейдену защищать меня.
— Вернуться не должен никто, Сури. — Серебряная Борода откинулся в кресле и стал покачиваться на двух ножках, изучая карту за спиной у Ксейдена.
— Что ты предлагаешь, Феликс? — спросила Сури. — Быстренько основать собственную военную академию и проводить с ними все свое свободное время? Большинство из них не закончили обучение. И не принесут нам никакой пользы.
— Вы так говорите, будто кто-то тут вправе решать, возвращаться нам или нет, — перебил Ксейден, привлекая всеобщее внимание. — Мы примем во внимание совет Ассамблеи, но… для нас это будет не более чем совет .
— Мы не можем позволить тебе рисковать жизнью… — резко заговорила Сури.
— Моя жизнь равна жизни любого из них. — Ксейден указал на нас.
Глаза Бреннана встретились с моими и расширились от удивления.
Все пятеро всадников повернулись в нашу сторону, и я с трудом поборола желание отступить, потому что все они сердито прищурились, увидев меня.
Кого эти люди видят перед собой? Дочь Лилит? Или сестру Бреннана? Я вздернула подбородок. Я и то и другое… и в то же время не только это.
— Нет, не любого, — сказала Сури, глядя прямо на меня. Ух. — Как ты мог позволить ей стоять там и подслушивать обсуждение Ассамблеи?
— Если вы не хотели, чтобы она слушала, стоило закрыть дверь, — ответил Боди, шагнув в комнату.
— Ей нельзя доверять! — Щеки Сури покраснели от злости, но в ее глазах я видела страх.
— Ксейден уже взял ответственность за нее. — Имоджен встала ближе ко мне. — Каким бы жестоким ни был этот обычай.