— Нет уж, — я отстранился. — Позволь мне попробовать. Если у тебя получилось, то и у меня выйдет.
Копируя действия Виктора, я подвел коня к препятствию и попытался настроиться на его ритм. Жеребец нервно переступал, не желая приближаться к стволу. Я вспомнил, как в детстве дед шептал что-то лошадям, прежде чем те его слушались.
— Ну же, парень, — я потрепал его по холке, — уверяю, ты справишься. Это всего лишь дерево.
На удивление, конь тряхнул гривой, словно понимал мои слова, и осторожно, но решительно перепрыгнул через ствол.
— Надо же, — не удержался я от гордой улыбки, — похоже, во мне пропадает талант конюха.
— Не обольщайся, — хмыкнул Виктор, уже сидя в седле. — Твоего жеребца специально выбирали как самого спокойного.
Мы продолжили путь, но несколько потерянных минут сыграли свою роль. Впереди дорога раздваивалась, и следы экипажа терялись в неясном свете луны.
— Плохо, — я оглядел развилку. — Кажется, мы их упустили. Если только ты не умеешь идти по следам.
Виктор молча улыбнулся.
— Ну, конечно, ты умеешь, — усмехнулся я в ответ. — Чему я удивляюсь?
Виктор спешился и принялся изучать землю, прикрыв глаза. Его руки изредка касались грунта, словно считывая невидимую информацию. Я не вмешивался, наблюдая за ним с уважением.
— Сюда, — произнес он наконец, указывая на правую дорогу. — Колеса тяжело нагруженного экипажа оставляют более глубокие следы. А у них всего три человека. Торговые куда тяжелее.
Мы продолжили путь, теперь двигаясь медленнее, позволяя Виктору периодически сверяться со следами. Лесная тропа постепенно расширялась, превращаясь в проселочную дорогу. Деревья расступились, и перед нами открылась панорама маленького провинциального городка Тяглино, мирно спящего под лунным светом.
На подъезде к городу следы экипажа смешались с десятками других, оставленных на главной дороге.
— Что ж, — я потер подбородок, — я надеюсь, что они остановились именно тут, а не поехали дальше, иначе наша приманка канула в темный колодец.
— Сейчас мы все равно ничего не выясним, — Виктор кивнул на тусклые огоньки городка. — Трактир еще должен работать.
— Тогда остановимся там, — согласился я. — Утром будет проще поискать, а сейчас мы все равно их упустили. В конце концов, даже Законники нуждаются в отдыхе.
Мы направили лошадей к небольшому постоялому двору на окраине Тяглино, где тусклый свет в окнах свидетельствовал о том, что там еще не спят.
Трактир «Сонный волк» оказался именно таким, каким и должно быть заведение в маленьком провинциальном городке — шумным, прокуренным и пропахшим дешевым пивом. Здесь, на окраине Тяглино, жизнь текла совсем иначе, чем в блистательном Санкт-Петербурге. Вместо изысканных аристократов и блеска императорского двора — усталые мастеровые, мелкие торговцы и изредка проезжие купцы.